Война на краю времени

— Я решил, что нам неизбежно придется пойти на этот риск.
Марин пытался скрыть растущее возбуждение.
— Ваше превосходительство, — неловко проговорил он, — должен ли я понимать это так, что вы решили терпимо отнестись к моей женитьбе на Делинди Дарелл, учитывая новый закон, разрешающий вступать в брак людям, у которых уже есть двое детей?
Великий Судья встал и протянул ему руку.
— Все дело в отношении, Дэвид. Я уверен, что вы двое можете быть очень счастливы.
Они обменялись рукопожатиями.
— Я тоже уверен в этом, сэр, — ответил Марин.
Он шел по дорожке и думал. Это только вопрос отношения. Я не его сын, а Делинди не его дочь. Но он думает так, а потому мы вполне могли бы быть его детьми — когда речь идет о чувствах.
Он ощутил, что прикоснулся к великой тайне человеческой натуры. Где-то у него в сознании затерялась мысль, ощущение, что если люди примут это, то они найдут ответ на свои устремления.
Они искали его в таких словах, как «товарищ», «брат», «друг». Но это были короткоживущие идеи, которые вскоре затерялись в стране теней истории. Может быть, сила притяжения таких чувств может быть усилена групповыми взаимоотношениями.
Чувство значительности момента поблекло. Он поймал себя на том, что улыбается и даже испытывает некоторую радость. Это ощущение полноты жизни он принял за то, чем оно и являлось — лукавой радостью человека, выигравшего у значительно превосходящих сил.
«Нет ничего приятнее, чем надуть старика», — с улыбкой подумал Марин.