Убийство по-китайски: Лабиринт
Зверолов покачал головой.
— Ни одной, — ответил он. — А что, эта бабенка тебе чем-то нехороша?
Ма Жун сдернул с девушки юбку.
— Да нет, все в порядке, — ответил он. — Я вообще-то непривередливый.
— Вы все, китайцы, любите нос воротить от наших красавиц! — задиристо сказал уйгур.
Ма Жун решил, что ссора ему ни к чему, и молвил:
— Я не ворочу. Мне любые девушки нравятся.
Поскольку девушка не предпринимала никаких попыток снова надеть юбку, Ма Жун добавил:
— Особенно, когда они не скромницы.
— Да, — сказал Зверолов, — мы люди простые. И мужества в нас куда больше, чем в вас. В один прекрасный день мы обрушимся на вас с севера и запада и завоюем все ваши земли!
— Надеюсь, я до этого не доживу! — отшутился Ма Жун.
Зверолов снова внимательно посмотрел на Ма Жуна, а затем что-то долго говорил другому уйгуру. Тот сперва отрицательно покачал головой, но потом, похоже, согласился.
Зверолов встал и подошел к Ма Жуну. Он бесцеремонно оттолкнул девушку в сторону и уселся рядом с сыщиком.
— Послушай, брат! — начал он доверительно. — У нас для тебя есть работенка. Ты владеешь воинским оружием?
Ма Жун удивился вопросу и с готовностью ответил:
— Я был солдатом пару лет, друг! Я умею все, что полагается!
Зверолов кивнул.
— Скоро будет большая заваруха, — сказал он. — Найдется, чем заняться такому молодцу, как ты!
Ма Жун протянул открытую ладонь.
— Нет, нет! — воскликнул Зверолов. — Сейчас ты ничего не получишь. Но через несколько дней получишь столько, сколько сможешь унести.
— Я готов! — воскликнул обрадованно Ма Жун. — Где мы встретимся?
Зверолов снова быстро переговорил со своим приятелем. Затем он встал и сказал:
— Пойдем со мной, брат! Я познакомлю тебя с нашим главарем!
Ма Жун вскочил и набросил халат на плечи. Шлепнув девушку пониже спины, он сказал:
— Я еще вернусь, Тулби!
Они вышли из дома. Зверолов шел впереди.
Он провел Ма Жуна парой темных переулков, и они очутились среди каких-то развалин.
Остановившись перед маленькой лачугой, Зверолов постучал в дверь. Никто не отозвался.
Зверолов пожал плечами и толкнул дверь, жестом предлагая Ма Жуну следовать за ним.
Войдя, они уселись на низенькие скамеечки, покрытые овчиной. Кроме скамеечек в комнате была еще только низкая деревянная лежанка.
— Главарь скоро вернется, — сказал Зверолов.
Ма Жун кивнул и приготовился ждать.
Внезапно дверь распахнулась, и в лачугу ворвался широкоплечий человек, который что-то возбужденно прокричал Зверолову.
— Что он там молотит? — спросил Ма Жун.
Зверолов казался встревоженным.
— Он сказал, что судейские прочесали восточный квартал!
Ма Жун вскочил на ноги.
— Пора мне делать ноги! — воскликнул он. — Если меня поймают, мне конец! Вернусь завтра. Как мне снова найти это чертово место?
— Спроси Оролакчи! — ответил уйгур.
— Все, я побежал. А бабенка эта за мной до следующего раза!
И Ма Жун убежал.
Он застал судью Ди погруженным в глубокие раздумья у себя в кабинете.
Увидев Ма Жуна, судья сказал с видимым огорчением:
— Дао Гань и староста Фан только что вернулись. Они сказали, что поиски оказались бесплодными. Дао Гань посетил Южную улицу, но там не покупали новых девиц уже полгода. Удалось ли узнать что-нибудь про Белую Орхидею в северном квартале?
— Ничего, — отвечал Ма Жун, — но есть совсем иные вести.
И он поведал судье о своей встрече со Звероловом и Тулби.
Судья Ди рассеянно слушал. Затем он сказал:
— Эти мерзавцы, видно, хотят взять тебя в набег на другое племя. На твоем месте я бы не отправлялся с ними за реку!
Ма Жун в сомнении покачал головой, но судья продолжил:
— Завтра утром ты будешь сопровождать меня и десятника Хуна при посещении сельского имения наместника Да. Но вечером я разрешаю тебе снова отправиться на Северную улицу и разузнать побольше об этих варварах.