Белая ворона

— Очень хорошо! — воскликнул Мюррей. Казалось, он испытывал гордость за дедуктивные способности Гроуфилда.
— Вы вшили мне в одежду какой — то излучатель, — продолжал Гроуфилд. — Все, что на мне напялено, дали ваши люди. Только башмаки мои. При сегодняшней миниатюризации и печатных схемах…
— Рисованных схемах, — поправил Мюррей.
— Рисованных?
— Конечно. Металлосодержащую краску можно использовать вместо проволоки, это делают сплошь и рядом.
— Такие схемы даже меньше, — сказал Гроуфилд. — Или в швах, или под подкладкой в моей одежде спрятан маленький передатчик. Вам нужно только два переносных приемника, и все. Можно выследить меня хоть на краю света.
— Весьма любопытно, — ответил Мюррей с таким видом, будто размышлял о занятной научной разработке, которая его лично совершенно не занимает. — Однако вовсе не обязательно прятать эту штуковину в одежде.
— Где же еще?
— Ну… как я понял, вы несколько дней пролежали в больнице.
— Что?! — Гроуфилд в ужасе уставился на него. — Так она внутри меня? Передатчик у меня под кожей? Мюррей озорно усмехнулся.
— Я просто вас подначиваю, — сказал он. — Мы таких номеров не выкидываем.
— Боже мой! — вскричал Гроуфилд, почувствовав слабость. Подумать только!
Мюррей, казалось, призадумался.
— А вы знаете, — медленно проговорил он, — это неплохая мысль. Берешь известного коммуниста или, скажем, неисправимого преступника вроде вас, или еще кого — нибудь, кто нас интересует, вставляешь в него маленький передатчик, а если надо узнать, что он замышляет, сводишь на нем лучи, выясняешь, где он находится, идешь к нему и проверяешь, что и как.
— В жизни не слыхал ни о чем более зловещем, — признался Гроуфилд.
— Отчего же? — возразил Мюррей. — В честных людей мы их вживлять не будем, только в плохих. — Он широко улыбнулся, довольный собой. — Знаете, что я сделаю? Вернусь в контору, все это запишу и кину в ящик для рацпредложений.
Гроуфилд смерил его взглядом.
— Сдается мне, что для блага еще не народившихся поколений я должен вас придушить здесь и сейчас же, — сказал он. Мюррей игриво хихикнул.
— Да ну вас, — ответил он. — Вы просто пристрастны. Вор, и все такое прочее…
Гроуфилд не отрываясь смотрел на Мюррея, но, заметив, что тому становится не по себе, покачал головой.
— Бесполезно, — сказал он. — Ни одна армия не способна остановить мысль, если пришло ее время.
— Вы так полагаете? — оживился Мюррей. — Вы очень хорошо сказали.
— Иногда в голову приходят всякие мудрости, — ответил Гроуфилд. — Ну что, пойдем к самолету? Мюррей взглянул на часы.
— Совершенно верно! — воскликнул он и помахал меню, требуя счет.