Звездные стражи
— Храни вас Бог, — ответила она скорее по привычке, не вкладывая особого смысла. Но центурион принял ее слова как благословение и поклонился. Дверь открылась, и он ушел.
Мейгри осталась одна, если не считать центуриона, лежавшего без сознания на кровати. Барабаны били, призывая всех поторопиться. Дрожащими руками она сняла с себя синее бархатное платье. Посмотрев на него долгим взглядом, свернула и бросила в угол каюты.
Что бы ни случилось, она уже никогда не наденет этого платья.
«Голубой легион», — повторила она мысленно. Быстро облачившись в легкий летный костюм, критически посмотрела на себя в зеркало. К счастью, костюм был велик и скрывал ее фигуру. В шлеме, закрывавшем голову и лицо, в костюме, сидевшем, как балахон, никто не узнает ее. А шлемофон до неузнаваемости исказит голос.
«Голубой легион», — еще раз повторила она про себя, и волнение охватило ее. Торопливым движением Мейгри закрутила волосы в пучок. — Что ж, это не Золотой легион, но название вполне подходящее. Боже, помоги нам! Действительно подходящее!»
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
И мечтать, мечтать, что я снова дома!
Оглушающий грохот наполнял ангар. Огромные лебедки, тянувшие космолеты к ремонтным ямам, гремели, скрипели, визжали. Удары молотков и шипение лазерных, сварочных агрегатов сопровождались крикливыми командами и руганью на всех известных языках. Роботы пищали, жужжали, вовремя оказывались под рукой или путались под ногами, и тогда их награждали пинками, отсылали, снова призывали, и роботы смотрели на суету и сутолоку людей самодовольно спокойно. Посреди этого хаоса небольшие группки пилотов стояли, болтая между собой, и ждали, когда будут готовы их космолеты. Некоторые имели рассеянный вид, очевидно, вспоминали о родных и близких, находящихся где-то далеко. Другие совещались с командирами подразделений или уже крутились возле своих космолетов, проверяя их готовность до мельчайших деталей, потому что в бою их жизнь порой могла зависеть от плохо завинченного болта, и тут уж не спасала никакая новейшая технология.
Все пилоты были возбуждены, с нетерпением ожидали момента, когда можно будет ринуться в бой. После многомесячного пребывания в космосе, скуку которого нарушали лишь случайные полицейские акции да бесконечные маневры, всё, даже перспектива попасть в космическую пылевую бурю, приветствовалось. Пилоты терпеливо переносили адский грохот, кричали, срывая голос, чтобы услышать друг друга, или надевали шлемы, чтобы переговариваться через шлемофоны, а то, раздраженно покачав головой, уходили. Один пилот, стоявший в стороне, едва сдерживался, чтобы не пуститься в пляс.
Одетая в болтавшийся на ней летный костюм, в шлеме, который она не решалась снять — вдруг кто-то узнает ее и отошлет к Сагану, — Мейгри стояла растерянная, смущенная и… счастливая. Как никогда. Ощущение было такое, будто она после многих лет изгнания услышала гимн любимой родины. Это так возбуждало, что она с трудом сдерживала себя и на несколько минут погрузилась в молчаливую молитву: Ей даже в голову не пришло контролировать свои мысли, чтобы Саган не узнал, где она находится. К счастью, он был слишком занят, чтобы в такое время обращать внимание на женщину, которая, как он был уверен, кипит от злости в своей каюте.
Но где Голубой легион?
Основным правилом для любого, кто находится не там, где ему положено, и при этом не хочет быть пойманным, является умение не подавать вида, что ты посторонний. Идти надо решительно, быстро и обязательно держать что-нибудь в руках. Подобрав планшет, оставленный командиром подразделения, Мейгри засунула его под мышку и начала пробираться сквозь толпу, бормоча извинения направо и налево и бросая быстрые взгляды в разные стороны в поисках эскадрильи. Однако все ее старания ни к чему не привели. Голубого легиона она так и не обнаружила, а время уходило.
— Эй, — сердито крикнула она, остановившись перед замотанным работой механиком. — Голубой легион перебазировали, что ли?
— Где ты, черт возьми, был? — спросил механик, вытаращив глаза. — Конечно, перебазировали. В шестой отсек. — Он показал грязным пальцем в дальний конец ангара.
Кивнув головой в знак благодарности, Мейгри поздравила себя с удачей и поспешила в шестой отсек. Проскользнув под крылом «Ятагана», она вышла на открытую площадку и чуть не врезалась с размаху в широкую спину Сагана.
Мейгри отступила в тень от подъемника и прислонилась к какой-то балке. С трудом перевела дыхание.
«Вот к чему приводит самоуверенность, — сказала она себе. Выступивший на лице пот скатывался по шее, но она не решалась снять шлем, чтобы вытереть его. — Конечно, теперь понятно, почему легион перебазировали. В нем летает Дайен. Маркус говорил об этом, а ты не обратила внимания. Но тогда какого черта здесь Саган?»
Вокруг Командующего собралась целая толпа, и спрятаться от его взгляда было нетрудно. Выглянув из-за балки, Мейгри увидела в толпе рыже-золотистое пятно и узнала Дайена. Теперь было понятно, почему Саган здесь, тогда как должен быть в десяти других более важных местах, где готовятся к нападению врага. Змий соблазнял Еву еще одним яблоком.
Мейгри глубоко вдохнула, выдохнула, и стекло шлема затуманилось. В конце концов она не одна здесь. В шестом отсеке толпились пилоты, с завистью и восхищением рассматривая реконструированный и модифицированный «Ятаган». Мейгри вспомнила, что, изучая библиотечные файлы, натолкнулась на описание именно такого корабля, но она и представления не имела, что Командующий воплотил замысел в реальность.
— Я участвовал в проведении испытательных полетов на нем, — услышала Мейгри, как один пилот говорил другому. — Красота. Выделывает пируэты, как шестиногая танцовщица.
— Почему Командующий отдал его мальчишке?
— Не просто мальчишке, а истинному наследнику. Тому, кого мы собираемся снова посадить на престол. — Склонив голову к соседу, пилот что-то зашептал.
«Проклятие! — подумала Мейгри. — Здесь все говорят, как бунтовщики». Она подошла ближе к группе пилотов, чтобы еще послушать.
— Я рад, что не попал в Голубой легион. Их тут всех хотят превратить в нянек. Командующий решил дать возможность пареньку понюхать пороху, но при этом не обжечься.
Пилоты, чей разговор Мейгри подслушала, ушли. Толпа начала расходиться. Командующий тоже отошел, торопясь к своему космолету. Мейгри читала о «Гемокопье», как он называл его, и ей захотелось взглянуть на космолет. Управление космолетом осуществлялось так же, как гемомечом, с помощью умственных и физических импульсов. Фактически космолет становился придатком пилота, реагируя на мысленные приказы, чтобы не тратить время на перевод мысли в действие.
Значит, Саган будет летать, возглавит сражение, а я… «Я буду няней!» — вздохнула Мейгри. Что ж, в конце концов она Страж. Рука невольно нащупала драгоценную звезду, скрытую под костюмом. Она же поклялась отдать жизнь за короля и выполнит свой долг. Может быть, для этого Бог и привел ее сюда.
«Ну вот, испортила себе настроение», — пробормотала она и пошла искать космолет под номером шесть.
* * *— Вас прислали на замену капитана Хефнера?
— Да, — Мейгри кивнула головой, осматривая космолет. Как оказалось, Голубому легиону предстояло вылететь последним. Исподтишка она наблюдала, как Дайен садился в новый «Ятаган». Его лицо сияло радостью. Ей так хотелось поговорить с ним, но она решила не рисковать. Ева и Змий не могут быть приятелями.
— Что случилось с капитаном? — спросил ее командир подразделения.
— Свинка.
— Свинка? В его-то возрасте? — командир покачал головой.
— Его шею так раздуло, что он не мог надеть шлем.
— Надо же! Эй, а вы-то хорошо себя чувствуете, капитан… Как вас зовут, капитан?
— Пенфесилея.
Мейгри очень надеялась, что командир не силен в мифологии и ничего не знает о Троянской войне. Саган бы сразу узнал имя, но он, слава Богу, далеко.