Неизвестные солдаты, кн.1, 2

– Ну, кто там еще? – услышал он недовольный голос Марфы Ивановны. – Чего развоевался-то, оглашенный!
Игорь хотел ответить, но у него перехватило горло.
– Сейчас, сейчас! – Дверь приоткрылась. Бабка в платочке, с исхудавшим темным лицом глянула на него, не узнавая – Зачем колотишь? Обмерз, что ли, солдатик?
– Бабунюшка! Родная! Это же я!
– Игорь! – вскрикнула она и вдруг начала опускаться, падать, цепляясь пальцами за его полушубок.
Он подхватил ее под мышки, понес впереди себя, не ощущая тяжести. В доме слышали возглас ее. Из комнаты с криком бежала мать, растопырив, как крылья, руки. Обняла, прижалась к груди Игоря непривычно седой головой, смеясь и плача одновременно. Славка, длинный, вытянувшийся под потолок, стоял с лампой и улыбался смущенно. Людмилка спрашивала, дергая его за штаны:
– Это наш Игорь, да?
Он был как в тумане. Снимая с плеча вещевой мешок, искал глазами Ольгу. Она вышла из спальни бледная, без кровинки в лице, с распущенными волосами, осыпавшими ее до пояса. Прижимая к груди запеленутого сына, неотрывно глядела на Игоря. Ему показалось, что она покачнулась и сейчас упадет. Обнял Ольгу за плечи, поцеловал в теплый висок, вдохнув забытый запах ее волос.
Пристально, с радостью и удивлением смотрел он на спящего ребенка, на его красное личико. Оно было совсем чужим и в то же время очень знакомым. Ямочка на подбородке такая же, как у Дьяконских. Зато нос, как у самого Игоря: с широкими ноздрями, немного вздернутый. Но кого бы он ни напоминал внешне, это был совсем новый человек, новая жизнь. И таким слабым, таким хрупким показался Игорю этот маленький человек, что он побоялся взять его в руки.
Ребенок дышал ровно, спокойно и чуть-чуть шевелил губами. Игорь наклонился над ним, хотел поцеловать его, но помешал висевший на груди автомат.