Неукротимое томление
— Боже! — воскликнула Делия и с благоговением провела рукой по книжным корешкам. — Это книги полковника? Он, должно быть, очень образованный человек, как Т... как доктор Сэвич, — поправилась Делия. — Вы знаете, что он закончил Эдинбургский университет? Там он многому научился — говорить разные замысловатые слова, одеваться как джентльмен и лечить людей.
Энни фыркнула.
— По части умения пускать пыль в глаза Тайлер Сэвич превзошел самого себя. Этот человек так блистателен, что мог бы разбить даже каменное сердце, и он знает это. Иногда он ведет себя хуже чем индюк, распуская хвост и ожидая, что побежденные им женщины падут к его ногам. — Энни снова фыркнула. — Что они, в общем-то, и делают, включая меня самое, — лукаво добавила она.
Делия расхохоталась, услышав это. Иногда он вел себя именно так.
— Что касается Джайлза, — продолжала Энни, — так он в свободное время любит бродить по болотам, подсчитывая, сколько уток и гусей ему удалось подстрелить. Нет, эти книги мои.
Делия удивленно посмотрела на миссис Бишоп.
— И вы все это прочли?
— Да. Многие даже по нескольку раз. Джайлз считает, что для женщины это пустая трата времени. Уверена, все мужчины скажут одно и то же — начитанная женщина бесполезна, как прошлогоднее воронье гнездо.
— Так и есть, мой отец говаривал, что женщина нужна только на кухне и в кровати...
«Господи, что это я опять несу, — осеклась Делия. — До чего же неприлично намекать на близкие отношения между мужем и женой. Когда же я наконец научусь думать прежде, чем говорить».
Вопреки опасениям Делии, Энни Бишоп нисколько не обиделась. Напротив, она издала какой-то странный клокочущий звук, который девушка приняла за смех.
— Запомни, Делия, если мужчиной и можно как-то управлять, то это делается именно на кухне или в постели. Но чаще, я думаю, на кухне. Мамина стряпня заставляла мужчин совершать чудеса, поэтому у нее никогда не было проблем с отцом. Ты быстро поймешь все эти тонкости, как только выйдешь замуж. Кухня и спальня — вот наше царство!
Миссис Бишоп обняла Делию за плечи, как ребенка, и на мгновение улыбка заиграла на ее тонких бескровных губах.
— Ну, а теперь отправляйся спать, девочка. Вот увидишь, твой Нэт явится сюда рано утром, чтобы показать тебе свои владения, которыми так гордится.
«Мой Нэт...» — повторила про себя Делия.
Энни Бишоп снова улыбнулась, но Делия, как ни старалась, так и не смогла выжать из себя улыбки.