Неукротимое томление
Видение исчезло, оставив ощущение радости в душе Духовидца. Откинув голову, он издал боевой вопль. Наконец-то, наконец-то боги подсказали ему его предназначение.
Ветер усилился, и Делия наклонила голову, защищая лицо от снега. Ноги ее горели от усталости и дрожали. От неудобной ходьбы след в след болели мышцы. Она вслепую брела за Пулвогом, надеясь, что он знает дорогу, потому что сама она давно заблудилась бы.
Элизабет споткнулась, и молодой индеец остановился и поднял ее на руки. Делия заметила впереди какую-то тень — там, где должна была показаться деревня. Тень издала крик радости, и в метельной мгле показался человек.
— Тай! — воскликнула Делия. Сделав еще несколько шагов, она бросилась в его объятия и почувствовала себя в полной безопасности. Печальный и пугающий образ Духовидца не покидал ее всю дорогу домой.
Тай прижал ее к груди.
— Я боялся, что ты заплутаешь в такую метель, — крикнул он, стараясь перекричать вой ветра.
Пулвог понес Элизабет в жилище великого сахема, и Делия собиралась последовать туда же, но Тай мягко увлек ее в их вигвам.
— Но, Тай, я хотела отдать угрей твоему отцу, — возразила Делия уже дома, когда он растирал ей щеки.
— Потом. Ему сегодня уже принесли деликатесы. — Он прижался к ней, и она почувствовала его легкое дыхание на своих губах. — Я тоже хочу деликатесы.
Она прикоснулась к его губам, теплым и нежным. Он поцеловал ее в шею... и в этот миг перед ее глазами встал Духовидец. Она вздрогнула.
— Ты замерзла? — Тайлер провел руками по ее плечам и спине, нежно глядя на нее. — Пойдем в постель. Я улучшу тебе настроение и согрею. Тебе станет даже жарко... Она медленно высвободилась из его объятий.
— Тай, мы видели Духовидца на озере.
— Ты уверена?
— Нет... не совсем. — Она закрыла глаза, стараясь отчетливее вспомнить. — Этот дурак Пулвог решил, что это призрак.
— Если это был не Духовидец, то вполне возможно, что это был призрак.
— Нет, это был человек, живой человек. И это был Духовидец. Я чувствовала его. — Она открыла глаза. — Что ты так на меня уставился?
Он улыбнулся.
— Ах черт, Делия. Наверное, я просто ревную. Мне жаль, что тебя так поразил этот человек.
— Он не поразил, а испугал меня.
— Забудь о нем. Подумай обо мне. — Он прижался к ее животу. — Знаешь, как много прошло времени...
— Десять часов.
— Господи, это звучит как десять веков!
Он взял ее руку и приложил к низу своего живота.
— Посмотри, Делия, — сказал он, — Я умираю без тебя.
— Тогда почему, сэр, вы тут стоите и рассуждаете?
Застонав от желания, он поднял ее, донес до постели и жадно прижался к ее губам.
— Я ненавижу возвращаться домой, когда тебя здесь нет, Делия, крошка. Никогда больше не бросай меня так.
Делия мысленно улыбнулась, потому что знала: только смерть может заставить ее покинуть Тая.