Поворот Колеса

Казалось, что пыльная отрава не оказала на ситхи такого пагубного воздействия, как на Эолера и его людей. Бессмертные, находившиеся ближе всего к стенам, двигались чуть медленнее, и лица у них были отсутствующие, но признаков полного помешательства, охватившего эрнистирийцев, заметно не было. А на склоне холма по-прежнему шла жесточайшая битва.
Ликимейя и несколько ее соратников были окружены большой группой пеших норнов, и хотя ситхи были на лошадях и могли наносить смертоносные удары сверху, они падали, один за другим, в массу протянутых белых рук, похожих на какое-то ядовитое растение.
Йизахи Серое Копье встретился лицом к лицу с великаном, который уже держал в каждой руке по трупу ситхи. Лицо воина-ситхи было суровым и бесстрастным, как у ястреба, когда он ринулся вперед.
Джирики с двумя товарищами повалили другого гиганта и добивали чудовище, точно быка. Кровь текла ручьями, заливая принца ситхи и его помощников.
Бессильное тело Зиниаду с бледно-голубыми волосами с триумфом волокли к Наглимунду, подцепив на копья, несколько норнов. Чека'исо и темный Курои успели догнать их прежде, чем те доставили свой страшный трофей в безопасное место, и каждый ситхи убил не менее трех белокожих родственников хотя и сами они при этом получили множество ран. Потом Чека'исо Янтарные Локоны перебросил тело Зиниаду через седло, и его кровь смешалась с ее кровью, пока они с Курои везли несчастную в лагерь ситхи.
День, полный безумия и страданий, тянулся долго. Под ударами метели солнце прошло зенит и начало клониться к закату. Разрушенная западная стена Наглимунда была освещена розовым вечерним светом, и снег под ней стал еще краснее.
Мегвин брела вдоль края битвы как привидение — да она и была привидением. Сначала она пряталась за деревьями, боясь даже смотреть на такие страшные дела, но в конце концов перестала.
Если я мертва, то чего я боюсь?
Но с каждой минутой ей становилось все труднее смотреть на разбросанные по снежному склону мертвые тела и не бояться смерти.
Боги не умирают, а смертные умирают только раз, убеждала она себя. Когда все будет закончено, все они вновь поднимутся.
Но если все они могут воскреснуть, в чем смысл этой битвы? И если боги не умирают, зачем им бояться толпы демонов Скадаха? Это было непонятно.
Размышляя, Мегвин медленно бродила между убитыми и убийцами. Ее плащ развевался; ноги оставляли маленькие ровные следы в красно-белой пене.