Дорога ветров
— Я знаю. — Джеремия стал серьезнее. — Но в конце концов мы сами выбрали этот путь, Саймон. По крайней мере эта чистая и почетная смерть. — Странная гримаса исказила его лицо, как будто мальчик был готов в любой момент разразиться слезами. — Долгое время, когда я был… под замком… о такой легкой и быстрой смерти, как здесь, можно было только мечтать. — Он отвернулся, опустив плечи. — Но я думаю, что останусь в живых. Лилит нужен друг — и потом, кто-то должен говорить тебе, когда и что надо делать. — Он одарил Саймон странной безжизненной улыбкой, взмахнул рукой и поспешил обратно под покров деревьев, исчезая в том же направлении, откуда пришел. — Желаю удачи, Саймон, то есть, я хотел сказать, сир Сеоман.
Саймон хотел было крикнуть ему что-то вслед, но оруженосец уже исчез.
Возвращение Бинабика было внезапным и несколько ошеломляющим. Джошуа услышал тихий шорох, поднял голову и обнаружил, что смотрит прямо в желтые глаза Кантаки, которая старалась отдышаться, стоя прямо над ним. Тролль, сидевший у нее на спине, отвел ветки от своего круглого лица и церемонно склонился вперед.
— Принц Джошуа, — спокойно сказал он, как будто они встретились на каком-то дворцовом торжестве.
— Бинабик! — Джошуа отступил на шаг назад. — Где ты пропадал?
— Прошу всей вашей извинительности, Джошуа. — Тролль соскользнул со спины Кантаки и пошел вниз, к Джошуа. — Я имел видение нескольких людей Фенгбальда, которые имели исследовательность там, где они не должны были ее иметь. Я проследовал за ними. — Он многозначительно посмотрел на принца. — Они отыскивали место для очень лучшего влезания. Фенгбальд не содержит такой помрачительной глупости, как мы уповали, — он имеет понимание, что не с обязательностью изгонит нас первой атакой.
— Сколько их было?
— Не очень большое количество. Шесть… пять.
— Ты не знаешь точно? Как далеко от них ты находился?
Мягкая улыбка Бинабика не тронула его глаза.
— Первоначально было шесть. — Он погладил свой дорожный посох: полую трубку и спрятанные в ней стрелы. — Потом один очень печальный падал с горы.
Джошуа кивнул,
— А остальные?
— Когда они были отведены в прочь от тех мест, где не имели должности быть, я оставлял позади Ситки с отвлекающим маневром, и с большой быстротой поднимался в гору. Тогда некоторые из женщин Нового Гадринсетта спускались вниз, чтобы оказывать нам помощь.
— Женщины? Боже, Бинабик, ты не должен был подвергать опасности женщин и детей.
Маленький человек покачал головой.
— Вы имеете знание, что за спасение своего дома они всегда будут сражаться с храбростью, аналогичной храбрости любого мужчины. Мы, среди кануков, никогда не встречали другого. Но возвращайте покой в ваше сердце. Все, что они сотворили, это оказывание помощи для меня и Ситки в перекатывании очень больших камней. — Он плашмя опустил ладонь, завершая свой рассказ. — В этих людях вы больше не имеете опасности, и Фенгбальд больше не имеет в них награды.
Джошуа расстроенно вздохнул.
— Я надеюсь, что ты по крайней мере не потащил туда мою жену, помогать перекатывать твои камни?
Бинабик засмеялся.
— Она испытывала большой порыв, чтобы идти туда, принц Джошуа. Это я скажу. У вас жена очень сильной свирепости — она была бы хорошая невеста для канука. Но герцогиня Гутрун не давала ей позволения делать даже один шаг из лагеря. — Тролль огляделся. — А что происходит внизу? Я не имел возможности получать наблюдения, когда совершал путь обратно.
— Как ты уже сказал, Фенгбальд подготовлен гораздо лучше, чем мы ожидали. Он выпустил на лед нечто вроде саней или телеги с песком; она проложила путь для солдат. Атака Деорнота была отбита, но эркингарды не стали его преследовать.
Они все еще толпятся на озере. Я собираюсь — но довольно. То, что я собираюсь сделать, ты увидишь сам.
— Есть ли еще надобность в моем пути к Хотвигу? — поинтересовался Бинабик.
— Нет. Пока ты представлял шпионов Фенгбальда дамам Нового Гадринсетта, твои обязанности принял на себя Джеремия. — Принц быстро улыбнулся. — Спасибо тебе, Бинабик. Я знал, что если ты не ранен и не взят в плен, тебя могло задержать только нечто важное — но в следующий раз постарайся дать мне знать.
— Приношу свою извинительность, Джошуа. Я питал опасения к медлительности.
Принц повернулся и кивком подозвал Сангфугола. Арфист быстро подошел к своему господину. Отец Стренгьярд и Таузер торжественно наблюдали за битвой, хотя Таузер слегка накренился в сторону, как будто кровавый бой не был достаточной причиной, чтобы надолго отвлечь его от дневного сна.
— Сигналь Фреозелю, — сказал Джошуа. — Три коротких гудка и три длинных.
Сангфугол поднес рог к губам, расправил тощую грудь и затрубил. Звонкий сигнал разнесся по поросшему лесом склону, и ураган битвы на льду, казалось, на мгновение замедлился. Арфист глубоко вздохнул и протрубил снова. Когда эхо замерло, он дал сигнал в третий раз.
— Теперь, — жестко сказал Джошуа. — Мы проверим, насколько Фенгбапьд готов к настоящему бою. Ты его видишь, Бинабик?
— Имею предположение, что да. В красном разветвленном плаще?
— Да. Наблюдай за ним. Смотри, что он будет делать. Когда Джошуа произнес эти слова, на переднем крае войска Фенгбальда стало происходить что-то необычное. Солдаты, ближайшие к деревянным баррикадам, внезапно остановились, развернулись и в беспорядке бросились бежать.
— Ура! — закричал Стренгьярд и подпрыгнул. Потом, видимо вспомнив о своем сане, он снова попытался придать своему лицу выражение озабоченной заинтересованности.
— Кровь Эйдона, глядите, как они прыгают, — со свирепым ликованием сказал Джошуа. — Но даже это не сможет надолго задержать их! Как бы я хотел, чтобы у нас было больше стрел!
— Фреозель не истрачивает зря те, которые у нас есть, — заметил Бинабик. — Хорошо нацеленный дротик имеет стоимость трех других, как говариваем мы в Йикануке.
— Теперь надо воспользоваться замешательством, которое дали нам лучники Фреозеля. — Некоторое время Джошуа, выживая, рассеянно расхаживал взад-вперед. Потом, видимо не в силах больше выносить промедления, закричал: — Сангфугол, скорее сигналь, Хотвигу.