Уроки любви
– Что это за идиотская манера махать двумя руками? – прошипела я. – Вы выглядите полными идиотками.
– Это тайный знак нашего союза, – ответила Грейс.
– Да уж, действительно тайный, вы делаете его так незаметно! Я была не права. Вы выглядите не идиотками, а кривляками.
– Что ты злишься? – спросила Грейс. – Я просто стараюсь подружиться с ребятами. Мне кажется, это нормально, когда ходишь в школу.
– Ты бы уж выбирала, с кем дружить. – Я передразнила машущие ручки, выставила зубы и тряхнула волосами.
– Перестань! – Грейс покраснела. – Мне нравятся Ижка и Фижка.
– Зато ты им, видимо, не нравишься, раз они зовут тебя Свинюшкой. Это что еще за мерзкое прозвище?
– Прозвище придумала я, а не они. И никакое оно не мерзкое, а просто смешное. Тебе просто завидно, потому что у меня две подружки, а у тебя ни одной.
Она заметила, что я передернулась.
– Наверное, ты выбирала слишком тщательно, – сказала она.
– Я не хочу ни с кем дружить в этой дурацкой школе. Я их всех ненавижу. И больше я ни за что сюда не пойду.
Я бросилась бежать и выскочила на дорогу, как сумасшедшая, не сознавая, что делаю. Раздался визг тормозов и громкий сигнал автомобиля. Я застыла на месте в полной растерянности, ужасаясь своему идиотизму. Грейс рыдала от ужаса у меня за спиной, а водитель машины опускал окно, видимо, чтобы меня обругать.
Но ругаться он не стал, а только покачал головой и мягко сказал:
– Тебе, видимо, не терпится домой.
Это был мистер Рэксбери, учитель рисования.
– Извините, я просто задумалась… – пробормотала я и обернулась к Грейс: – Да перестань ты реветь!
– Я думала, ты погибнешь, – всхлипнула Грейс.
– Я тоже так думал! – сказал мистер Рэксбери. – Но я обычно стараюсь не убивать своих учеников, особенно в их первый день в Вентворте. Возвращайся-ка на тротуар, пока следующая машина тебя на самом деле не сбила.
Я побрела обратно к обочине, по-прежнему чувствуя себя полной идиоткой, но в то же время довольная, что мистер Рэксбери так мило со мной обошелся. Я думала, он теперь поедет дальше, но он остановил машину возле нас.
Я сжала руку Грейс, чтобы ее успокоить и показать, что мне стыдно за свою грубость. Она ответила тем же и прижалась ко мне.
Мистер Рэксбери улыбнулся нам обеим.
– Ну, как прошел день, девочки? – спросил он.
– У меня нормально! – ответила Грейс. – Я подружилась с двумя девочками, Ижкой и Фижкой, и…
– Грейс! – оборвала я ее, опасаясь повторения повести об Ижке, Фижке и Свинюшке.
– Мы подружились, – упорно продолжала Грейс. – Они будут мне помогать, потому что они прошли многое, чего я не знаю. Но учителя говорят, что я скоро догоню, потому что это всего лишь первый класс.
– Отлично! – сказал мистер Рэксбери и перевел взгляд на меня. – А ты, Пру?
Он запомнил мое имя!
Я не нашлась что ответить и только пожала плечами.
– Бедняжка! – откликнулся он. – Так и есть. После первого дня здесь у меня было такое же ощущение. Иногда я себя и сейчас так чувствую. Но постепенно станет легче, вот увидишь. Завтра, по-моему, у меня урок рисования в твоем классе, так что увидим, кто из нас на что годится. Пока!
Он помахал нам рукой, и машина тронулась. Я смотрела ей вслед, пока мистер Рэксбери не свернул на боковую улицу.