И пусть воссияет солнце
— Ты не хочешь, чтобы у нас были дети?
— Хочу, но я немного эгоист, и мне бы хотелось, чтобы моя жена некоторое время безраздельно принадлежала только мне одному.
— Андреас, — произнесла Зоя, — тебе… не обязательно на мне жениться.
— Это еще что за чепуха? — Он напрягся.
— Ты помолвлен с Тиной Мандрассис, от твоей женитьбы зависит объединение. Мне… мне это известно. Я подумала о вилле «Даная». Я могу жить там и буду принадлежать тебе столько, сколько ты захочешь.
— Но ты же продаешь виллу «Даная», а новый хозяин не допустит такой безнравственности под своей крышей.
— Ты что, хорошо его знаешь?
— Как себя самого, — лениво согласился Андре-ас.
Зоя ахнула.
— Ты… ты купил виллу? Но зачем?
— Чтобы жить там вместе с тобой. Ей нужны хозяева, дети, любовь. Думаю, мы сможем ей это дать. А отцовский дом я предлагаю продать, с ним у меня связано мало счастливых воспоминаний.
— А как же слияние?
Он нежно прикоснулся к ее груди.
— Меня больше интересует слияние иного рода, — прошептал он.
— Дорогой, — взмолилась Зоя, — будь серьезен.
— А ты думаешь, я не серьезен? Но раз ты настаиваешь, я могу сказать тебе то же, что сказал отцу: я намерен жениться только по любви. А я никогда не любил и не мог бы полюбить Тину Мандрассис. Я старался поверить, что без тебя ничто не имеет значения, но даже это не могло заставить меня жениться по расчету. Поэтому я решил остаться холостым.
— И по-монашески воздержанным? — поддразнила Зоя.
Я бы попытался. — Андреас лукаво улыбнулся. — Но думаю, это не подходит ни мне, ни тебе, мой ангел. Что до слияния, то Мандрассису оно нужнее, чем мне, и, подозреваю, наш несостоявшийся брак его не остановит. А за красотку Тину не беспокойся, она унаследовала от матери столько денег, что недостатка в предложениях не будет.
— А я не принесу тебе ничего, — печально проговорила Зоя.
— Ты так считаешь? — Его рука пустилась в безошибочный путь. — Придется мне освежить твою память.
— У меня прекрасная память, благодарю, — попыталась строго произнести Зоя, но тут же сдалась и рассмеялась. — Я и не думала, что можно быть такой счастливой.
Андреас склонился над ней и поцеловал ее медленно и нежно.
— И это только начало, — прошептал он. — Любовь моя… и моя жена.