Арканум

Лавкрафт повертел в руках «Книгу Еноха» и промолвил:
– Это было совсем не то, что вы подумали.
– Неужели? – усмехнулся Дойл.
– Я никогда с ним не сотрудничал. Я... – Лавкрафт покачал головой, не в силах объяснить. – Поступайте как хотите. Я это заслужил. Но помните, я всегда ценил свою принадлежность к Аркануму. Я...
– Говард, это был мой план, с самого начала, – признался Дойл.
Лавкрафт вздрогнул.
– Что?
– Я знал, что Кроули предложит сделку, и вы на нее согласитесь. Извините, что ввел вас в заблуждение.
– Но вы не могли... – пробормотал Лавкрафт. – Ведь этот... разговор...
– Как только стало известно о смерти Константина Дюваля, я осознал, что все пути неизбежно сойдутся на Алистере Кроули. Мы хорошо знаем этого человека. Он идет к цели окольными путями, предпочитает использовать для выполнения грязной работы других, никогда не рискует. Вначале он проходил у меня в качестве подозреваемого, а затем я переквалифицировал его из охотника в дичь. Иначе зачем он дал нам наводку на мадам Роуз? Чтобы с помощью Арканума уничтожить своего злейшего врага и спасти собственную шкуру. Отыскать «Книгу Еноха» мог лишь ученик Дюваля. Но Кроули не дурак. Я рассчитывал, что он возбудит ваш аппетит, подкинув некоторую информацию, но основную придержал до заключения сделки. И я был уверен, что вы на нее согласитесь.
– Почему? – воскликнул Лавкрафт. – Вы полагаете, я прирожденный предатель?
– Нет, Говард, совершенно по противоположной причине. Любой рационально мыслящий человек на вашем месте так бы не поступил. Потому что вы полюбили Эбигейл и ради нее решили подвергнуться серьезному риску. И я вас за это очень уважаю. Дело в том, что, если бы с Кроули встретился, например, я и попросил о помощи, результат был бы иным. Но у вас с ним уже давно установилась весьма загадочная связь, которой я поспешил воспользоваться. Так что не терзайтесь. Мне очень не хочется признавать, но в той ситуации мы действительно сильно нуждались в помощи Кроули.
– Но как вам удалось...
– По правде говоря, Говард, – прервал его Дойл, – это элементарно.
Лавкрафт вздохнул, посмотрел на книгу.
– Но он не забудет. Начнет мстить.
– Именно этого я и хочу, – пояснил Дойл. – Только так мы и сможем его контролировать. Пусть лучше Алистер Кроули занимается отмщением Аркануму, чем замышляет что-нибудь темное и ужасное. На каждое действие существует противодействие. Нам нужно, чтобы он был предсказуемым. Конечно, это потребует от нас известных усилий, но мы будем готовы. – Он наклонился и добавил: – Мой мальчик, вы взяли на себя огромную ответственность и великолепно справились с невероятно сложной задачей. Дюваль бы вами гордился.
– Очень. – Гудини подмигнул Лавкрафту. – Говард, ты устроил отличное представление.
Мари погладила его по голове, в первый раз за историю их знакомства.
– Артур, давай сразу решим еще один вопрос, – сказала она, доставая из складок юбки длинное белое перо. – Что делать с ним?
Дойл осмотрел перо.
– Интересно. Маховое перо, то есть из крыла. Перья, роговое вещество... Похоже, настоящее. Судя по размеру, вполне могло принадлежать некоему взрослому человеческому существу. – Дойл протянул перо из крыла ангела Лавкрафту. – Это самое последнее поступление в зал реликвий. Мистер Хранитель, я передаю его в ваши надежные руки.
Лавкрафт положил перо на ладонь и, вспомнив ее лицо, улыбнулся.