Невеста

К половине одиннадцатого Оливия уже полностью оделась и сделала макияж. Взглянув на свое отражение в зеркале, она удовлетворенно улыбнулась. Ярко-розовый костюм сидел безупречно, широкополая шляпа в тон придавала лицу здоровый цвет, светлые волосы мягко блестели в лучах зимнего солнца. Пригладив ворс на черном бархатном воротнике жакета, она взяла сумочку, не без удовольствия оглядев самодельные бантики из розового шелка, украшавшие ее лакированные туфли.
– Выглядишь сногсшибательно! – оценил Джеймс, входя в комнату.
– Ты тоже.– Оливия обвела взором визитку мужа.– Очень элегантен. Настоящий отец невесты.
– А ты – настоящая мать невесты,– широко улыбнулся Джеймс.– Кстати, где она сама?
– Одевается. Изабел ей помогает.
– Что ж, тогда предлагаю выпить немного предсвадебного шампанского.
Джеймс протянул руку и, мгновение поколебавшись, Оливия взялась за нее.
Когда Хэвиллы спускались по лестнице, раздался голос:
– Замрите! На одну секундочку. На меня не смотрите.
Джеймс и Оливия послушно остановились, улыбаясь друг другу. Александр несколько раз щелкнул кнопкой фотоаппарата.
– Все, можете идти,– разрешил он и подмигнул проходившей мимо Оливии: – Чудесная шляпка! Очень сексуальная.
Щеки миссис Хэвилл порозовели.
– Спасибо, Александр.
Джеймс стиснул ладонь жены, и ее румянец стал еще заметнее.
– Пойдем,– поторопила она его,– выпьем же наконец шампанского.
Они вошли в гостиную, где уютно потрескивал камин. Джеймс открыл бутылку и наполнил два бокала, один передал жене и поднял свой.
– За свадьбу! – провозгласил он.
– За свадьбу! – эхом откликнулась Оливия. Пригубив шампанское, она осторожно, чтобы не помять юбку, присела на краешек стула.– Мы будем произносить речь на приеме?
– Не знаю. А что, мы устраиваем прием?
Оливия пожала плечами.
– Как решит Милли. Сегодня ее день.– По лицу Оливии промелькнула тень.– Я всего-навсего гость.
– Тебе это не нравится? – сочувственно произнес Джеймс.– Ты жалеешь, что не будет пышного сборища, которое ты планировала – с ледяными лебедями, органистом из Женевы и пятью тысячами важных персон?
– Нет,– подумав, ответила Оливия,– не жалею.– Она весело улыбнулась мужу.– Милли и Саймон женятся, вот что главное. Они женятся.
– Верно,– кивнул Джеймс.
С бокалом в руке, Оливия устремила взор на огонь в камине.
– Знаешь, а ведь скромная свадьба в кругу близких людей гораздо оригинальнее, чем роскошный банкет, причем во многих отношениях. Если перестараться, пышная свадьба может превратиться в пошлое и безвкусное мероприятие.
– Полностью согласен,– улыбнулся Джеймс.
– Мне даже кажется, что все так и было запланировано с самого начала.– В голосе Оливии послышались счастливые нотки.– В конце концов, мы же не хотим, чтобы на свадьбе нашей дочери собралась огромная толпа чужих людей. Для всех нас лучше исключительно изысканное торжество в тесном кругу.
– Насчет тесного круга ты права,– произнес Джеймс, осушив бокал,– а вот насчет исключительной изысканности я не уверен.
Заслышав шум, Хэвиллы обернулись и посмотрели на дверь. На пороге гостиной стояла Изабел в облегающем платье из струящегося бледно-розового шелка. В ее прическу были вплетены цветы, а щеки горели от смущения.
– Я пришла объявить, что невеста готова,– сообщила она.
– Ты прелестно выглядишь! – воскликнул Джеймс.
– Просто красавица,– поддержала его Оливия.
– Я выгляжу нормально,– пожала плечами Изабел,– а вот Милли действительно великолепна. Пойдемте посмотрим, как она будет спускаться по лестнице. Александр ее сфотографирует.
Изабел повернулась к выходу.
– Дорогая,– строго обратилась к дочери миссис Хэвилл,– а куда подевались розочки?
– Какие розочки, мама?
– Шелковые, которыми было украшено твое платье?
– А, эти…– Изабел сделала паузу.– Они отвалились.
– Отвалились?
Глядя на озадаченное лицо матери, Изабел рассмеялась.
– Мам, перестань. Розочки – ерунда. Пойдем поглядим на Милли, сегодня она – главное украшение праздника.
Все вышли в коридор и устремили взгляд на лестницу. Смущенно улыбаясь из-под вуали, по ступеням медленно спускалась Милли в шелковом платье цвета слоновой кости. Плотный вышитый корсаж был крепко зашнурован по фигуре, длинные рукава на запястьях оторочены мехом, в волосах сверкала небольшая бриллиантовая тиара.
– Господи! – восхитилась Оливия.– Ты неотразима. Настоящая невеста!
К глазам миссис Хэвилл подступили слезы, и она отвернулась.
– Что скажете? – робко спросила Милли.– Не очень плохо?
– Родная, ты очаровательна,– с чувством произнес Джеймс.– Саймон Пиннакл может считать, что ему крупно повезло.
– Даже не верится, что это происходит на самом деле,– всхлипнула Оливия, поднеся к глазам крошечный носовой платок.– Малышка Милли – и вдруг выходит замуж…
– А как мы все будем добираться до места? – осведомился Александр, сделав последний снимок.– Я хочу взять с собой штатив.
– Милли? – посмотрел на дочь Джеймс Хэвилл.– Командуй.
– Понятия не имею.– Озабоченно нахмурившись, она сошла еще на пару ступеней, волоча за собой шлейф.– Об этом я не подумала.
– Пойдем пешком,– засмеялась Изабел.
– Изабел, помолчи,– обиделась Милли.– Господи, что же делать?
– Если взять обе наши машины,– произнес Джеймс, глядя на Оливию,– ты можешь посадить к себе Изабел и Александра, а я поеду вместе с Милли…
Звонок в дверь не дал ему договорить. Все вопросительно переглянулись.
– Кого там черт…
Джеймс крякнул и молча пошел открывать.
Мужчина, стоявший на крыльце, держал под мышкой фуражку с козырьком. Отвесив сухой поклон, он сообщил:
– Свадебные машины на фамилию Хэвилл.
– Что? – Джеймс, вытянув шею, посмотрел на улицу.– Мы же их отменили!
– Отмены заказа не поступало,– бесстрастно сообщил мужчина.
– Оливия! – крикнул он в дом.– Ты отменяла заказ на свадебные машины?
– Конечно,– решительно подтвердила миссис Хэвилл.
– У меня такой информации нет,– сказал мужчина.
– У вас, значит, такой информации нет,– повторила Оливия, раздраженно помотав головой.– А в вашей конторе никто и никогда не ошибается? Только вчера я разговаривала с вашей сотрудницей, молодой женщиной, и она заверила меня, что заказ будет снят, так что вам лучше вернуться к себе и поговорить с тем, кто общается с клиентами, и тогда вы убедитесь, что…