Крестовый поход

Присутствовавшие приветствовали генерала. Мэннинг устало отдала честь МакРори. (Что за осел позволил сержанту с такими задатками перейти в миротворческий корпус, не предложив ему офицерского звания в космическом десанте?!)
— Рад вас видеть, господин генерал! — сказал МакРори.
— Я тоже рада, что вы целы!
Она кивнула Фраймаку и Ланту, отметив про себя, что у адмирала почему-то очень довольный вид, и повернулась к молодому человеку, сидевшему на стуле рядом с компьютерным терминалом. За спиной у него, словно на часах, стоял огромный старшина с мрачным лицом. На молодом человеке не было боевого снаряжения, потому что на левую руку и ногу ему наложили шины, замотанные окровавленными бинтами. Грудь у него тоже была перебинтована.
«Ему здорово досталось, — подумала Мэннинг. — Впрочем, ему вроде ничего не оторвало, а с остальным современная медицина справится в два счета!»
— Кто это? — спросила она, потому что с молодого человека во время перевязки сняли рубашку со знаками отличия.
— Это спаситель М'Бото, — с широкой улыбкой сказал МакРори, и М'Бото закивал головой. — Разрешите представить вам лейтенанта Эскаланте, господин генерал.
— Боюсь, что вы ошибаетесь, полковник, — сказала Мэннинг. Забинтованный и напичканный обезболивающими препаратами, молодой офицер ошеломленно посмотрел на нее, когда она протянула ему руку. Под недоумевающими взглядами собравшихся он обменялся с генералом крепким рукопожатием.
— Разрешите представить вам капитана Эскаланте, только что представленного к ордену Золотого Льва! — объявила генерал Мэннинг.
Позднее она жалела, что в тот момент у нее с собой не было фотоаппарата.