Волчье логово

— … мы разобьемся вдребезги о мостовую, — добавил с полным спокойствием Мари, и мне показалось, что в его словах было даже некоторое удовольствие.
— Пустить вас сюда? — отвечала она, с новым ужасом отпрянув от окна. — Это невозможно!
Видом своим она напоминала мне нашу кузину: также бледна и черноволоса. Она была старше Катерины, хотя и хороша еще, но ей не доставало грации Кит. Всматриваясь в нее, я старался угадать ее нрав, и наконец заговорил в полном отчаянии:
— Мадам, — молил я ее, — ведь мы мальчики!.. Круазет! Поднимись сюда!
Прижавшись в самый угол, чтобы дать ему место, я продолжал убеждать ее с известной долей коварства:
— Посмотрите на него, мадам, разве вы не сжалитесь над тремя бедными мальчиками?
Как я и ожидал, полудетское лицо Круазета, с его белокурыми волосами, привлекло ее внимание, и она произнесла тихо:
— Бедный мальчик!
Надо было воспользоваться этим, и я продолжил свои горячие мольбы:
— Мы только хотим пройти через вашу комнату. Наша жизнь теперь в ваших руках. Мы же в большом отчаянии, — тут голос мой прервался. — Насколько я могу судить, вы в одном положении с нами, и мы поможем вам, если только вы спасете нас теперь… Хотя мы и молоды, но мы можем постоять за вас.
— Кому мне верить? — воскликнула она, содрогнувшись. — Но, Боже сохрани, — продолжала она, останавливая взгляд на Круазете, — чтобы я отказала в помощи тем, кто действительно в ней нуждается… Влезайте сюда, если хотите.
Как только с ее губ слетели эти слова, я, осыпая ее благодарностями, просунул голову между прутьями (с большой вероятностью, что она там и останется). Попасть в комнату было не так легко. Круазет, однако, первым успел кое-как пролезть меж полосами решетки, а затем с большим трудом втащил нас за собою. Лишь одна горькая необходимость и вид оставшейся за мной пропасти могли заставить меня выдержать такую мучительную операцию. Когда же я наконец встал в полный рост на ноги, то мне показалось, будто все мое тело, с головы до пят, было покрыто царапинами. А каково было представиться в таком виде даме!
Однако какой неземной восторг я испытывал! О, презренный Безер! Он называл нас детьми, но мы еще успеем разрушить его козни. Прошло не более получаса после полуночи, и мы еще не опоздали. Пока я со скрытым торжеством потягиваясь ходил по ровному полу, наша хозяйка отошла к двери и посматривала на нас испуганным и отчасти недоверчивым взглядом. Тогда я приблизился к ней с самым низким поклоном (жаль только, что при мне не было еще шпаги).
— Мадам, — сказал я, — я мсье Ан де Кайлю, а это мои братья. Мы готовы служить вам чем можем.
— А я, — отвечала она со слабой, не понятой мною, улыбкой, — мадам де Паван, и с благодарностью принимаю ваше предложение.
— Де Паван! — воскликнул я с изумлением и восторгом одновременно.
Де Паван! Так она должно быть родственница Луи! Без сомнения она знает его дом и может облегчить нашу главную задачу. Как все вышло удачно!
— Так вы знаете мсье де Павана? — продолжал я в большом волнении.
— Конечно, — отвечала она с очаровательною улыбкою. — Даже очень хорошо. Он мой муж.