Танцы с Виртуэллой
Теперь у меня не выходные, а самые настоящие уикенды. В тихой воде не Биннен-Альстера, но Выпь-озера, вместе с грустным солнцем тает этот самый очередной уикенд. Я сижу на веранде и провожаю его стопкой «московской» вприкуску с ананасовым ломтиком. Сзади, за евроокном, печет пироги с грибами классная баба. Наверное, ширяться бросила — иначе какие пироги. Такая вот фишка. Анька, понимаешь, меня папой кличет — а когда ребенку почти тринадцать, это не хухры-мухры…
И тут я подумал, что никакие концы счастливыми не бывают, и эта мысль столкнула меня вниз… Внизу я увидел свой труп со вскрытой грудной клеткой, и хоровод мертвецов под управлением Энгельманна в отремонтированном после пожара Музее Человека. Все это было абсолютно реально. И я мог остаться, вернее погибнуть, в этой реальности навсегда.
Я оглянулся, Вика вместе со своими пирогами и хрустальными глазами наливалась темнотой и превращалась в один из чугунных призраков этого мира-могилы. Ну, конечно, как только я мог поверить, что она спасла меня, ведь она была одной из виновниц моей гибели?
Жизнь уходила от меня кровавыми ломтями мяса, отвалившейся черепной крышкой, тянущимися потрохами. Никогда и ничего уже не будет, вселенная остыла и замерла ледяной пылью…
— Сережа.
Мрак слетел, как упаковочная бумага, и в почти уже остановившиеся легкие вошел воздух. Я оглянулся. Нет, это не Вика позвала меня. Ее сосредоточенное лицо указывало на полную поглощенность пирогами.
Неподалеку, под березой, сидела Виртуэлла.
Сегодня нельзя было сказать, что она похожа на Вику, скорее уж Вика была похожа на нее.
Элла взяла меня за руку, сказала: «Я теперь всегда буду с тобой рядом» и повела от вечернего холода в комнату, где пироги, Вика, нерешенная задача на экране компьютера, первое электронное письмо из ста байт от Вовки-хулигана, Анечка, инфантильно играющая в куклы, а также куча других больших и маленьких чудес.
— Ты видишь, я это она, — сказала Виртуэлла из Вики.
— Ты видишь, я это она, — сказала Виртуэлла из Ани.
— Ты видишь, я это они, — сказала Виртуэлла из тысячи больших и маленьких вещей.
Счастливыми бывают не концы, а продолжения…