Сталин. Тайный «Сценарий» начала войны
До «внезапного» нападения осталось 77 дней. В ночь с 5 на 6 апреля 1941. Москва
«Рука Москвы» смешала карты
Уже несколько дней Сталин знал о том, что Германия готовится к нападению на Югославию. Эти сведения не могли удивить его. О происходящем в Югославии в Москве знали, наверное, гораздо лучше, чем в Берлине. Сегодня, в полночь, раздался телефонный звонок Деканозова — нападение завтра, на рассвете.
Получив это сообщение, Сталин срочно вызвал к себе находившихся в эти дни в Москве представителей правительства Югославии — доктора Милана Гавриловича, полковника Драгутина Савича и Божина Симича. Для югославов поздний вызов в Кремль был неожиданным. В течение нескольких последних дней они вели безуспешные переговоры с Вышинским о подписании договора о взаимодействии с Россией, и за все это время ни разу не были приняты Молотовым.
Но сегодня, в Кремле, в кабинете Молотова, югославов встретил сам Сталин и сразу же предложил им подписать готовый проект договора.
Переговоры не заняли много времени, и около 3 часов ночи между Королевством Югославия и Советским Союзом был подписан Договор о дружбе и ненападении. Договор был подписан, несмотря на то, что Сталин знал, что этот Договор уже ничем не сможет помочь маленькой стране — очередной жертве гитлеровской агрессии. Так зачем он разыгрывал эту комедию?
Тайная встреча в Перловке
Еще в конце 1940 г., в самом начале подготовки к Русскому походу, Гитлер начал оказывать активное давление на Балканские страны, заставляя их различными способами присоединиться к Трехстороннему пакту. После Болгарии, подписавшей пакт 1 марта 1941 г., фюрер взялся за Югославию. Весной 1941 г. Югославия была единственной страной на Балканах, которой удавалось все еще вести сложную политическую игру и не портить отношения ни с Берлином, ни с Москвой, ни с Лондоном. Но 1 марта 1941 г. ситуация изменилась.
Вошедшие в Болгарию моторизированные части 12-й германской армии достигли границ Югославии, и страна оказалась окруженной со всех сторон. Настал час, когда необходимо было сделать выбор.
Между тем, Гитлер действовал в своей обычной манере — он пригласил югославского регента принца Павла посетить «Бергхоф». 4 марта 1941 г. Павел тайно выехал из Белграда на встречу с Гитлером.
А дальше все уже шло, как по нотам. Запугав Павла, Гитлер посулил ему, в обмен на сотрудничество, югославскую корону и, вдобавок к ней, еще и город Салоники. Югославская корона, по праву, принадлежала наследнику престола — юному принцу Петру, сыну убитого в октябре 1934 г. короля Александра, а город Салоники принадлежал Греции. Но такие мелочи никогда не смущали Гитлера. И он широким жестом обещал подарить все это Павлу. Павел не смог устоять и в свою очередь обещал последовать примеру болгарского царя Бориса.
Но, несмотря на обещание регента, формальное присоединение Югославии к Трехстороннему пакту переносилось со дня на день. А Великобритания и Россия делали все возможное, чтобы этому помешать. Уинстон Черчилль даже направил своему коллеге — премьер-министру Югославии Драгише Цветковичу — личную телеграмму:
«22 марта 1941
Ваше превосходительство!
Полный разгром Гитлера и Муссолини в конечном счете неизбежен. Ни один разумный и дальновидный человек не может сомневаться в этом, после того, как английская и американская демократии выразили свою решимость добиться этого разгрома.
В мире всего 65 миллионов злобных гуннов, и большинство их занято теперь подавлением австрийцев, чехов, поляков и многих других древних народов, которые они терроризируют и грабят. Численность населения Британской империи и Соединенных Штатов достигает почти 200миллионов человек, даже если считать одни только метрополии и Британские доминионы.
Британская империя и Соединенные Штаты обладают большими богатствами и большими техническими ресурсами, они производят больше стали, чем все остальные страны мира, взятые вместе. Они полны решимости не допустить, чтобы преступные диктаторы — один из которых уже понес невосполнимый урон — растоптали своими сапогами дело свободы или повернули вспять колесо мирового прогресса…
Я надеюсь, что Вы, Ваше превосходительство, учтете ход мировых событий и окажетесь на высоте».
Но ничто уже, казалось, не могло помешать Гитлеру подчинить себе и эту, последнюю оставшуюся нейтральной балканскую страну.
24 марта 1941 г. премьер-министр Драгиша Цветкович и министр иностранных дел Александр Цинцар-Маркович выехали в Австрию на церемонию присоединения Югославии к Трехстороннему пакту. Для сохранения секретности «операции» министры сели в Белграде на пригородный поезд, как будто отправляясь на загородную прогулку, а затем уже, на одной из маленьких станций, пересели на экспресс, идущий в Вену. На следующий день, 25 марта 1941 г., ровно в 12 часов пополудни, в замке Бельведер, в присутствии всех заинтересованных сторон — Гитлера, Риббентропа, Чиано и Осима — состоялось, наконец, торжественное подписание протокола присоединения Югославии к пакту.
После окончания церемонии подписания Гитлер вызвал к себе сопровождавшего его в Вену фельдмаршала Кейтеля. Вспоминает Вильгельм Кейтель: «Он [фюрер] пребывал в благостном настроении и был вполне удовлетворен развитием политических событий. «Думаю, что больше никаких неожиданностей на Балканах не предвидится», — сказал он с видимым удовольствием. Ночью мы выехали в Берлин».
О том, что Югославия готова заключить формальный союз с Гитлером, в Москве узнали задолго до его подписания. Есть свидетельства, что еще 20 марта 1941 г., в Перловке под Москвой, на вилле британского посла Стаффорда Криппса, состоялась тайная встреча между Андреем Вышинским и главой Сербской аграрной партии доктором Миланом Гавриловичем. Гаврилович, бывший, кроме всего, еще и агентом советской внешней разведки, сообщил участникам встречи «новости», привезенные им только вчера из Белграда. Агент рассказал о том, что правительство Югославии приняло решение присоединиться к Трехстороннему пакту, а также о том, что группа сербских патриотов-антигитлеровцев, во главе с командующим военно-воздушных сил генералом Душаном Симовичем, готовится свергнуть это правительство.
И Криппс, и Вышинский выразили готовность, от лица Великобритании и России, поддержать путчистов и заключить договор с новым правительством Югославии, как только оно будет создано.
Удивительной была эта тайная встреча в Перловке! В тот самый день, 20 марта 1941 г., когда на совещании в Кремле все агентурные сообщения, говорящие о готовящемся нападении Германии на Советскую Россию, были названы дезинформацией, в Перловке под Москвой уже, фактически, действовала Антигитлеровская коалиция! Как будто бы, «внезапное» нападение уже совершилось! Как будто бы, Москва и Лондон уже по одну сторону баррикад против Берлина!
«Да здравствуют Сталин и Молотов!»
А в Югославии все произошло именно так, как и предполагалось на встрече в Перловке. 25 марта 1941 г. в полдень Югославия стала формальной союзницей Германии, а еще через несколько часов, в ночь с 26 на 27 марта 1941 г., группа офицеров, во главе с генералом Душаном Симовичем, захватила власть. Незадачливый регент Павел пытался бежать в Загреб, но был задержан путчистами и возвращен в Белград. Здесь, в штабе генерала Симовича, он подписал акт отречения и в ту же ночь покинул страну. Арестован был и доктор Цветкович. Он также был доставлен в штаб Симовича, где его заставили объявить об отставке.
Премьер-министром нового правительства стал Симович, а семнадцатилетний наследник престола был провозглашен королем Петром II. Говорят, что за день до этого отчаянный мальчишка Петр спустился из окна королевского дворца по водосточной трубе и удрал из-под стражи, приставленной к нему регентом.
Военный переворот в Югославии готовился, конечно, не один день, и в его осуществлении явно чувствовалась «Рука Москвы». Еще за несколько месяцев до этого рокового для Гитлера дня Сталин принял решение задействовать план военного переворота в Югославии, который он вынашивал еще с 1938 г. Тогда по ряду причин от этого плана пришлось отказаться. Теперь его время пришло.