Неодолимое влечение
— Шестидесятилетнее отчуждение нельзя преодолеть за одну ночь, — жестко возразил он.
— Если поручить это вам, оно никогда не будет преодолено, — выпалила она, дав волю гневу, переполнявшему ее. — Вы предубеждены не только против моей семьи, но и против меня лично, разве не так? Вы даже не даете мне шанс переубедить вас!
Они привлекали любопытные взгляды людей, входивших и выходивших из маленького здания почты. Кирстен резко повернулась и направилась к станции, не заботясь, следует за ней Терье или нет. Она чувствовала, как все внутри у нее кипит. Она желала его и ненавидела в одно и то же время. А он оставался чужим и холодным.
Она не прошла и нескольких ярдов, как он догнал ее и зашагал рядом. Когда он заговорил, в его голосе зазвучали совсем иные интонации, чем несколько минут назад.
— Вероятно, нам надо сделать новый старт.
Совершенно ошеломленная, Кирстен не: знала, что и сказать. Если его предложение искренне, то она больше чем готова согласиться с ним. Но перемена в его отношении была слишком внезапной.
— Почему именно сейчас? — удивленно пробормотала она.
Терье взял ее за руку и заставил остановиться. Пальцы легко держали ее, но и через рукав рубашки обжигали словно огнем. Теперь в глазах его не было циничного выражения, и от этого взгляда у нее бешено забилось сердце.
— Потому что пришло время перестать проклинать вас за сходство с той, которую, как мне казалось, я давно изгнал из памяти, — проговорил он. — Может быть, вы и напоминаете Джин, может быть, иногда и ведете себя как она. Но есть и различия, которых я старался не замечать.
Солнце освещало их сзади и золотило его светлые волосы. Он стоял так близко. У нее заныла шея оттого, что она глядела вверх. Ей отчаянно хотелось прильнуть к нему, ощутить себя в его объятиях, почувствовать на своих губах его губы.
— Мне бы этого хотелось, — прошептала она. — Я имею в виду — начать все снова.
— У нас впереди еще целая неделя, — медленно улыбнулся Терье, буквально впившись глазами в ее рот, словно прочел ее мысли.
Не буду загадывать надолго, твердо решила Кирстен, чувствуя, как жизнь возвращается к ней. За неделю многое может произойти.
— По-моему, надо послать открытку родителям, — сказала она. — А во время уик-энда я позвоню им. — Кирстен еще не чувствовала уверенности и робко спросила: — А вы готовы поговорить с моим отцом?
— Лучше, чтобы он прямо поговорил с моим отцом, но и я не возражаю. Но только в том случае, если вы не будете настаивать, чтобы Руне изменил свое мнение.
Достаточно, что этот член семьи переменил свои взгляды, по крайней мере в данный момент, подумала она и послушно повернула к почте, куда он повел ее.
Было уже полшестого, когда они вернулись в Тронхейм. Сама Кирстен не проголодалась, но она предполагала, что Терье захочет поесть, прежде чем они полетят обратно в Берген. И очень удивилась, когда он на вокзале взял такси, которое привезло их прямо в гавань, где стояли гидропланы. Будет уже девять, когда они приземлятся: в Бергене, рассчитала она.
Кирстен напомнила, что ему надо бы поесть, но Терье объяснил, что ленч у них был поздний и он сможет дотерпеть до дома.
Она ждала на набережной, пока он оплачивал счета за стоянку и за дозаправку топливом.
Солнце стояло еще высоко в небе, но уже не так пекло, и Кирстен порадовалась, что взяла свитер, который таскала с собой весь день. Еще больше она была рада тому, что они побывали в Тронхейме. А главное, Терье, похоже, был готов сделать встречный шаг к взаимопониманию. Конечно, всю следующую неделю он должен будет заниматься делами, но у них впереди еще целый уик-энд.
Правда, у нее несколько испортилось настроение, когда она вспомнила, что завтра ей придется провести день с Нильсом. Меньше всего ей хотелось так бездарно потерять день, но как она могла сейчас отказаться от принятого приглашения?
Она увидела, что Терье идет к ней, и ей показалось, что он был чем-то огорчен.
? Что-то случилось? — спросила она, когда он приблизился.
? Ничего катастрофического, — спокойно ответил он, — но боюсь, нам придется остаться здесь на ночь.