Роман длиною в лето (Тем летом в Испании)

Джейн слушала его, а сама не могла поверить своему счастью, она даже боялась, что все происходящее прекрасный сон, что она вот-вот проснется и все исчезнет.
– Нет нужды спрашивать – все ли у вас с ним в порядке. Мне достаточно было взглянуть в твои сияющие глаза. Ты лучишься счастьем, и твоя радость передается всем остальным. А что делает Луис! Он ходит и насвистывает, как мальчишка. Крепко ты его зацепила. – В его глазах появились озорные огоньки. Джейн смутилась.
В скором времени вернулся Луис. Он успел принять душ и побриться. И теперь опять был красив и элегантен в черных великолепного покроя брюках и бледно-голубой рубашке.
– Дай я полюбуюсь на тебя, – сказала Джейн.
– А я на тебя.
Дети и Джеймс тихо вышли из комнаты и оставили их наедине.
– Когда только ты успела уложить волосы так, что повязки почти не видно?
Время бежало, а они сидели в полной тишине, взявшись за руки и глядя друг на друга. Джейн провела пальцами по его щеке, прикоснулась к губам и посмотрела ему в глаза.
– Луис, я умру, если ты не поспешишь с венчанием, – прошептала она.
В тихом восторге он привлек девушку к себе.
– Если ты будешь смотреть на меня таким взглядом, то мы оба не доживем до венчания и умрем от желания. – Он поцеловал ее глаза, затем зарылся лицом в густых русых волосах.
Джейн закрыла глаза и мечтательно произнесла: – Наши дети будут похожими на нас.
– У нас будут славные дети. Я буду счастливым отцом, если красотой, гармонией души и сердца они пойдут в тебя.
– А я хочу, чтобы они унаследовали твою силу. И, конечно, глаза, взгляд которых разит без пощады.
– Но ты-то сдалась не сразу, – улыбнулся Луис.
– Только потому, что прежде я хотела сама покорить гордого испанца.
– Не сомневайся, у тебя это здорово получилось. Я навеки покорен и всегда буду любить тебя.
– Даже когда я буду выпускать коготки и царапаться? – Она хитро взглянула на него.
– Всегда.
Девушка умиротворенно вздохнула.
– Тогда все в порядке.
– Теперь я могу сказать, что ты моя? – Он улыбнулся.
– Да. – Джейн прильнула к нему, раскрыв губы для поцелуя, и прошептала: – Твоя.