Роковой мужчина

Многие из собравшихся на ступенях Олд Бейли громко выражали свое удовлетворение смертным приговором. Общая точка зрения была, судя по всему, такова: никто не может ставить себя выше закона, а уж человек, подобный полковнику Мэйтленду, присягнувший защищать и блюсти закон, должен быть наказан за преступление с особой суровостью. Многие вслух выражали свое сочувствие жертве, служанке из трактира, в котором произошло убийство. Вынесению обвинительного приговора во многом способствовали показания друзей мисс Райдер. Хотя Мэйтленд упорно настаивал на том, что его отношения с мисс Райдер были совершенно невинными, показания свидетелей убедили суд в обратном.
Некий высокопоставленный чиновник из Тайной службы, который предпочел остаться неизвестным, заявил, что полковник Мэйтленд был необыкновенно суров и требователен к своим подчиненным. На вопрос о том, верны ли слухи о неординарных и порой жестоких методах работы Мэйтленда, наш собеседник не дал определенного ответа.
Казнь состоится 30 августа в восемь часов утра, на площади перед тюрьмой Ньюгейт».
* * *
Розамунда перечла статью и отложила газету. Ни единое слово в этой статье не пробудило в ней даже тени сочувствия к Ричарду Мэйтленду. Этот человек — чудовище. Многие бывшие солдаты и офицеры могут похвастаться безупречным послужным списком, однако это не оправдывает убийства. Даже сослуживцы Мэйтленда из Тайной службы не смогли сказать о нем ни единого доброго слова.
Сам Мэйтленд, насколько помнилось Розамунде, утверждал, что вся эта история была подстроена его врагами. Истинной их целью был он, а не мисс Райдер. Ее убили так, чтобы изобразить убийство из ревности и тем самым отвести подозрения от себя; затем убийцы ударили ножом Мэйтленда и бросили его истекать кровью. На беду обвиняемого, прокурор вызвал в суд врача, который заявил, что ножевая рана, нанесенная Мэйтленду, несмертельна. Стало быть, заключил прокурор, Мэйтленд сам нанес себе эту рану, дабы убедить суд в своей невиновности. Затем он выбросил нож из окна, чтобы избавиться от опасной улики. Нож, однако, нашли, и хитроумный замысел Мэйтленда провалился.
Итак, казнь состоится завтра утром. Розамунду пробрал ледяной озноб. Совершенно неожиданно она посочувствовала Мэйтленду.
Если б только отец узнал о предполагаемой поездке в Ньюгейт, он бы категорически запретил Розамунде такую выходку. С другой стороны, ей уже двадцать семь, а жизнь ее тускла, бесцветна и однообразна.
Стоило ей подумать об этом, как она тут же приняла решение и, стремительно вскочив, направилась наверх, в лиловую комнату.