Зеленый огонь

Когда они проползали мимо одного особенно яркого костра, Ривен внезапно потянула Альбина за рукав:
— Смотри! Таунис и Дриона!
Юноша вздрогнул:
— Я надеялся, что ты их не заметишь, Надеюсь, ты не собираешься присоединиться к ним прямо сейчас и выдать нас?
Ривен оскорблено сверкнула глазами:
— Конечно, нет, я никогда не предам вас. Хватит с меня обмана и предательства. Кроме того, я не люблю ни Тауниса, ни Дриону. Они оба с удовольствием уничтожили бы меня и моего ребенка. Поверь мне, Альбин, я не хочу, чтобы они разрушили Джедестром и все то хорошее, что удалось создать Броуну за время его правления.
Альбин задышал спокойнее, однако это продолжалось недолго.
— Кто этот согнутый старик в черном плаще, который разговаривает с ними? — спросила Ривен.
— Это Тропос, моя госпожа, колдун Аранта, — шепотом объяснил Фен.
— Его лицо кажется мне знакомым. Мне кажется, я видела его раньше, может быть, даже в Плэйте.
— Меня это не удивило бы. Когда дело касается Тропоса, меня ничто удивить не может. Хорошо, что они заняты разговором — может быть, нам удастся проскользнуть незаметно.
Альбин взял Ривен за руку, но она вырвалась.
— У него в руке клетка. Там — белая птица, видишь? — Ривен прижала ладонь к груди. — Это моя Сэл!
— Госпожа, мы должны двигаться дальше, пока у нас есть возможность.
— Я не могу оставить Сэл.
— Но…
Ривен неотрывно смотрела на группу у костра.
— Простите меня, но я не могу пойти с вами, пока не узнаю, что они хотят сделать с Сэл. Идите к башне без меня.
— Мы не можем бросить тебя здесь, — сердито прошептал Альбин, но Ривен уже не слушала его. Она ползком подбиралась к костру.
— Ну вот мы и влипли! — прошипел Фен. — Говорил я тебе! Она обвала нас вокруг пальца и собирается присоединиться к нашим врагам.
— Нет! Она только хочет спасти свою птицу.
— И в том и в другом случае они нас поймают и поджарят Тропосу на ужин. У нас только два выхода — умереть героями или трусами последними, — добавил он, ползя вслед за Ривен.
Когда они оказались настолько близко, что жар от костра начал согревать их щеки, им попался большой, раскидистый куст, за которым они благополучно укрыть. Припав к земле рядом с Ривен Альбнн и Фен даже смогли разобрать кое-что из того, что говорил Тропос.
— Похваляется перед Таунисом своими гнусными проделками, — сердито шепнула Ривен, — это он запустил гатаянскую змею в покои Броуна и отравил ягоды, которые я ела. — Не обращая внимания на недоуменные взгляды, которыми обменялись Альбин и Фен, Ривен продолжала: — К тому же это он отравил Броуна.
— Я так и предполагал, — проговорил Фен еле слышно. — Что теперь, моя госпожа? Костер слишком большой и дает слишком много света. Ближе подобраться нельзя, иначе нас увидят. Нам еще повезло, что колдун слишком занят разговором и пустой похвальбой, иначе он, конечно, давным-давно заметил бы нас.
Ривен прикоснулась кончиками пальцев к своему камню.
— Я должна пробраться к Сэл. Вы только поглядите на эту клетку: наверняка все это время она была в плену у Тропоса. Я должна ее освободить.
— Однако… — попытался возразить Альбин, но замолчал, увидев выражение лица Ривен. Девушка закрыла глаза, словно внутренне готовя себя к суровому испытанию.
— Ривен! Ты же говорила, что не станешь пользоваться могуществом камня до тех пор, пока не будешь вынуждена!
— Я думаю, что это совершенно необходимо, — отвечала Ривен сквозь стиснутые зубы. Затем лицо ее исказилось, тело напряглось и она… исчезла.
— Вот тебе и на! — просипел пораженный Фен. — Я смотрел прямо на нее, а она — исчезла. Куда она подевалась?
— Разве это не очевидно? — мрачно ответил Альбин. — Она сделалась невидимой и отправилась прямо в лагерь стьюритов выручать свою птицу.