Зеленый огонь

— После того как родится ребенок, нужно придумать какой-то способ, чтобы покончить с ней, — предупредил он. — Я тебе помогу.
— Но ты же сам сказал, что она — твоя дочь!
Длинное лицо мага стало серым.
— Это ничего не меняет. Ребенок должен остаться с тобой, чтобы ты его воспитал. До тех пор, пока его изменница-мать остается в живых, она будет угрожать и ему, и будущему всей страны.
Вместо ответа Броун повернулся спиной к своему наставнику и поспешил прочь.
После этого он долго бродил по дорожкам сада, полный грустных мыслей, каждая из которых причиняла ему боль.
На несколько мгновений он задержался на лужайке, где они с Ривен занимались любовью и где был зачат их сын. Забудет ли он когда-нибудь эту странную, волшебную ночь? Забудет ли он, как Ривен плыла над травой, не касаясь ногами земли, и как она упала в его объятия, словно богиня снов? Как мог он задумываться о расправе с ней, даже во имя безопасности их ребенка? Нет, это было бы немыслимо!
Завернув за угол, Броун столкнулся с одним из садовников, который рыхлил почву на клумбе для ранних весенних цветов. Заслышав шаги, садовник поднял лицо, скрытое полями его широкополой шляпы, а затем сорвал один цветок и протянул его Броуну.
— Что это? — спросил Броун, глядя на цветок. — Очень похоже на розу, но ведь розы не цветут так рано.
— Эти — цветут, мой господин, — сказал садовник глухим голосом. — Особый сорт, господин. Понюхайте, как пахнут!
Броун поднес к лицу нежную чашечку цветка и вдохнул его дурманяще-сладкий аромат. Этот запах напомнил ему Ривен, ее изящную красоту и летучую радость, которую он узнал, лежа в ее объятиях.
— Благодарю тебя, — сказал Броун садовнику. — Я засушу ее в одной из моих книг.
Садовник кивнул и, собрав инструмент, бесшумно скрылся среди листвы. Броун остался один, но уже через несколько секунд его уединение было нарушено топотом бегущих ног. Из-за угла показался слуга Броуна, раскрасневшийся, испуганно вращающий глазами.
— Стьюриты у стен города! — закричал Страй. — Им как-то удалось подняться вверх по течению Хара!
Круто повернувшись, Броун сразу подумал о том, каким образом ему лучше всего организовать оборону. Когда он быстро шагал по тропинке, ведущей во дворец, его рука непроизвольно сильно сжала стебель белой розы. Один из ее шипов пронзил кожу, и в следующий миг король зашатался, схватился за грудь и рухнул наземь.