Флот вторжения
— сообщил Кирел.
— Рассказывайте, — потребовал Атвар. — Все, что поможет мне понять поведение Больших Уродов, представляет несомненную ценность.
— Как скажете, господин адмирал. Возможно, вы помните, что мы отобрали достаточное количество тосевитов обоих полов и заставили их спариваться друг с другом, дабы убедиться, что у них действительно отсутствует сезон для размножения. И как вам известно, они успешно спаривались. Но вот что более интересно: из произвольно выбранных особей сложилось несколько пар, где самцы и самки спариваются между собой более или менее постоянно. Не все объекты экспериментов образовали подобные пары. Мы постоянно ищем факторы, которые заставляют одних идти на такую связь, а других — воздерживаться.
— Интересно, — признался главнокомандующий. — Я только не совсем понимаю, какое это может иметь отношение к нашей миссии в целом.
— В определенном смысле — может, — сказал Кирел. — На всей территории этой планеты мы сталкиваемся с тем, что не только войска тосевитов, но и их гражданские особи нападают на наши части и технику, совершенно не думая о своей жизни или безопасности. В тех случаях, когда эти нападавшие оставались в живых и мы их допрашивали, они часто называли в качестве причины, побудившей их на подобные действия, смерть их сексуального партнера от наших рук. Судя по всему, отношения между самцами и самками являются связующей основой для тосевитского общества.
— Интересно, — вновь произнес Атвар.
Рассказ вызвал у него легкое чувство брезгливости. Когда он вдыхал феромоны самок, находящихся в эструсе"Эструс (течка) — период половой активности у самок млекопитающих, во время которого в половых органах созревают яйцеклетки и организм подготавливается к оплодотворению». он думал только о спаривании. Во все остальные сезоны года или в те моменты, когда рядом не было самок, его это не только не волновало — он даже испытывал гордость, что его это не интересует. В языке Расы слова «вожделение» и «глупость» происходили от общего корня. «Неужели Большие Уроды строят свои общества на основе глупости?» — подумал главнокомандующий.
— Можно ли заставить это тосевитское извращение работать на нас, а не против нас? — спросил Атвар.
— Наши специалисты думают над этим вопросом, — сказал Кирел. — Они проверят созданные стратегии на экспериментальных особях, содержащихся на борту наших кораблей. Мы не рискнули проводить опыты и наблюдения непосредственно на Тосев-3.
— К чему такие церемонии? — изумился Атвар. Затем сам же и ответил на свой вопрос:
— Конечно, я понимаю. Если эксперименты там, на Тосев-3, дадут нежелательные результаты, это может привести к ситуациям, когда Большие Уроды попытаются причинить вред Расе, действуя так, как вы только что говорили.
— Вы совершенно правы, господин адмирал, — кивнул Кирел. — Мы на печальном опыте усвоили, что против подобных самоубийственных нападений труднее всего защищаться. Нам легче защититься от опасностей, исходящих от разумных существ, чем от фанатиков, которые не просто хотят, а страстно желают погибнуть вместе с нами. Даже угроза крупномасштабного возмездия среди захваченного нами населения не оказывает на таких особей устрашающего воздействия.
— Надеюсь, командир корабля, что вскоре наши специалисты смогут найти способы использовать это постоянное сексуальное влечение Больших Уродов. Если уж мы заговорили о войне против тосевитов их же руками — как продвигаются дела с тем, чтобы заставить промышленность на захваченных территориях работать для наших целей?
— Не столь успешно, как нам хотелось бы, господин адмирал. — Перемена темы не застала Кирела врасплох. Честность командира корабля вызывала у главнокомандующего уважение. — Часть проблемы составляют тосевитские рабочие, которых нужно нанимать в большом количестве. Многие из них просто плохо работают, тогда как другие, активно враждебные, где только возможно исподтишка портят готовую продукцию. Еще одна причина неудач — общая примитивность оборудования заводов.
— Клянусь Императором, не такое уж оно примитивное, чтобы этим заводам нельзя было помешать производить оружие, танки и самолеты, которые направляются против нас, — воскликнул Атвар. — Почему бы нам не извлечь из этого хоть какую-то пользу?
— Единственный способ сделать это, господин адмирал, — приспособиться.» лучшим словом было бы «опуститься»… до оружия и снаряжения Больших Уродов. Однако если мы это сделаем, то утратим наше главное преимущество, и война будет продолжаться с перевесом в их пользу.
— Я уверен, что некоторые из их технологий можно поднять до наших стандартов, — сказал Атвар.
Кирел сделал энергичный отрицательный жест:
— Не за считанные годы, господин адмирал. Слишком уж велика пропасть между их технологией и нашей. Разумеется, есть исключения. Их пули практически не отличаются от наших. Мы могли бы приспособить фабрики для производства малокалиберного оружия и снабжать наши части, хотя даже это будет непростым делом: их личное стрелковое оружие не снабжено автоматикой. Нам удалось в некоторых случаях переоборудовать стволы захваченной нами тосевитской артиллерии и стрелять из них нашими снарядами. Возможно, мы сможем на тосевитских предприятиях производить стволы по нашим стандартам.
— Да, я видел эти отчеты, — согласился Атвар. — И по ним заключил, что в этом направлении можно добиться дальнейших успехов.
— Я бы тоже этого желал, господин адмирал, — сказал Кирел. — Как вы могли заметить, приведенные мною примеры относились к простым видам оружия. Что касается любого вида электроники, надежда на использование производственных мощностей тосевитов разбивается вдребезги.
— Но ведь у них тоже есть электроника, хотя бы в зачатке, — сказал Атвар. — Например, радар, радио. Наша задача была бы гораздо легче, если бы у них всего этого не существовало.
— Вполне справедливо, господин адмирал, у тосевитов есть электроника. Но у них полностью отсутствуют компьютеры, они ничего не знают об интегральных схемах и даже транзисторах. Стеклянные вакуумные трубки, которые они используют вместо настоящих интегральных компонентов, слишком большие, тяжелые и хрупкие. К тому же они так нагреваются, что это делает их непригодными для наших целей.