Двойной капкан
Преступникам удалось скрыться".
— Такие нападения в Чечне не редкость, — заметил сэр Генри.
— Не такие, — возразил Блюмберг. — Сообщение об этом случае дало и агентство «Интерфакс», неподконтрольное правительству. Вот полный текст: «Несколько дней назад группа старших офицеров и генералов российского Генштаба во главе с начальником Генерального штаба вылетела с инспекцией в Северо-Кавказский военный округ в связи с резко осложнившейся в последнее время обстановкой в регионе. В четверг около 9 часов утра в тридцати километрах севернее Грозного автоколонна с военными инспекторами попала в засаду. Неизвестные вели перекрестный огонь из автоматического оружия и гранатометов. По последним данным, погибло четверо российских военнослужащих: начальник Главного оперативного управления Генштаба, полковник из штаба округа и два водителя. Среди семерых раненых — заместитель командующего ракетными войсками и артиллерией Сухопутных войск Российской Федерации. Врачи оценивают его состояние как крайне тяжелое. На месте происшествия работает экстренно созданная правительственная комиссия. К месту ЧП стягиваются подразделения внутренних войск МВД России». Сообщение озаглавлено «Опять война?».
Блюмберг выжидающе взглянул на собеседника. Сэр Генри долго молчал, затем спросил:
— Что, по-вашему, это означает?
— Очень похоже на начало. Вторым актом может быть взрыв Северной АЭС.
Помедлив, сэр Генри осторожно, чтобы не сломался столбик пепла, положил на каминный экран сигару и нажал кнопку звонка.
В кабинете появился Осборн. При виде сигары — четвертой за день! — лицо его выразило крайнюю степень неодобрения. Но сэр Генри не обратил на это внимания.
— Свяжитесь с госдепартаментом, — распорядился он. — Передайте миссис Олбрайт, что я прошу принять меня завтра во второй половине дня. Уточните время и закажите билеты на утренний вашингтонский рейс.
— Но, сэр… — Выполняйте, Джонни.
Секретарь вышел. Сэр Генри окутался сигарным дымком.
— А теперь, мистер Блюмберг, выкладывайте ваши идеи.
III
Через четверть часа, когда посетитель умолк, сэр Генри решительно заявил:
— Вы сумасшедший, Блюмберг. Это невозможно сделать.
— Мы обязаны это сделать. Или хотя бы попытаться.
— Основная нагрузка ложится на российскую сторону. А вы сами сказали, что в ваших спецслужбах сидят чиновники.
— К счастью, не все. Во всяком случае, я очень на это надеюсь.
Сэр Генри с сомнением покачал головой и неожиданно засмеялся суховатым старческим смехом.
— Я сказал, что от старости нет лекарства. Я ошибся. Есть. И не одно. Целых три.
Кукурузное виски. Кубинские сигары. И такие сумасшедшие русские евреи, как вы.
Вошел Джон Осборн, не без торжественности доложил:
— Сэр, государственный секретарь Соединенных Штатов миссис Олбрайт заявила, что не может обрекать вас на такое утомительное путешествие. Она сама прилетит к вам завтра десятичасовым утренним рейсом.
— Спасибо, Джонни. Вы свободны. Секретарь вышел.
Сэр Генри внимательно взглянул на собеседника:
— Совещание в Каире необходимо форсировать. Каким образом можно подтолкнуть Россию?
— Это сделают израильтяне. Намекнут, что в случае дальнейших затяжек они выкрадут Пилигрима и устроят открытый судебный процесс. Не сомневаюсь, что на Лубянке, да и в Кремле, это очень хорошо понимают. На суде всплывут вопросы, которые будут очень неприятны Москве. Например: почему Пилигрим оказался в России и какая роль была ему уготована. У меня нет, сэр Генри, полной информации, но уверяю вас: это очень непростые вопросы. И кое для кого крайне неприятные. Поэтому Москва даст согласие на переговоры.
— Но они могут просто убрать Пилигрима. И это было бы вполне в традициях КГБ.
— Могут, — согласился Блюмберг. — Но у меня создалось впечатление, что они решили отказаться от этого пути. И даже, как мне кажется, не намерены препятствовать установлению контакта Пилигрима с Рузаевым. Это вселяет в меня, как говорят дипломаты, осторожный оптимизм относительно реальности всей идеи.
Сэр Генри Уэлш приподнял свой бокал с остатками виски:
— За успех вашего безумного предприятия, полковник.
Блюмберг в ответ поднял бокал и поправил:
— Нашего, Адмирал.