Миланцы убивают по субботам

Далее следовала подпись известного профессора, одного из членов Национального совета врачей.
– Прочел?
– Прочел.
– И что? Ты не рад?
– Ну почему? Рад, конечно.
– Это все Карруа, знаешь, сколько лет он за тебя боролся? Даже там, на Сардинии, не оставил свои попытки! И удалось-таки!
Еще бы, ему не знать, как мечтает Карруа, чтобы он снова стал врачом!
– Да, я знаю.
– А почему кривишься?
Дука глубоко вздохнул.
– Потому что я плохой врач и плохой полицейский. Как врач я добился, что меня исключили из Ордена, и самая крупная операция, какую я сделал в жизни, – это заштопал шлюху, чтобы она вновь обрела невинность. А как полицейский я добился, что тебе изуродовали все лицо, и вот теперь опоздал – не смог помешать кровопролитию, которое устроил бедный старик, мстя за убийство своей дочери.
– Неправда, – сказала Ливия, – ты хороший врач и хороший полицейский.
– Это по-твоему, – горько усмехнулся Дука.
– Да, по-моему, и это так. – Ливия чуть повысила голос. – Просто ты устал, потому что все принимаешь слишком близко к сердцу. Пошли подышим немного.
– Пойдем, – ответил Дука и мысленно добавил: «Спасибо тебе, Минерва».