Свободный Охотник

— Ты что, один остался? Есть у тебя бабушка-дедушка? Или сестра, брат?
— Старший брат был, — равнодушно отозвался мальчик.
— Что значит — был?
— Погиб. Убили на войне.
— На ка…какой войне? — Я остановился, забыв идти.
— В боях за Грозный, в июле.
Это было слишком. Чересчур. Запредельно. В июле — значит, совсем недавно, два месяца назад… Что за демон играет с несчастной семьёй, думал я, понимая, что никаких вопросов больше задавать не захочу. Какие тут могут быть вопросы? Разве что один, спустившийся с высших сфер термодинамики: «Есть ли у хаоса цель или только ограниченный набор функций?» Я пошёл домой, а мальчик остался, сказав, что ещё погуляет, поиграет с моей дочкой. Дочь была на детской площадке, качалась на качелях. Возвращайтесь вдвоём, сказал я в ответ, жена блинов напечёт, приходи, не стесняйся. Вот такие последние слова он услышал от меня, до того как исчез.
Не моё это дело, убеждал я себя непонятно в чем, стиснутый кабиной лифта. Все это — не моё дело…