Синопа, индейский мальчик

Кроме Москитов и Ловцов были у черноногих и другие братства; назывались они Бизоны, Носители Ворона, Бешеные Собаки; отдельные братства или отряды входили в союз братств — И кун-у-ка-тси, или Все друзья.
Итак, Белый Волк и Красный Журавль решили, что Синопа должен вступить в братство Москитов. На следующее утро Красный Журавль по-новому причесал Синопу. Раньше мать ежедневно расчесывала ему волосы и заплетала в четыре косы: две спускались на спину, а две прикрывали уши. Теперь к четырем косам прибавилась пятая, тоненькая, косичка, спускавшаяся на правое ухо. В эту косичку старик вплел узкую полоску, вырезанную из шкуры выдры: Солнце, как считали индейцы, особенно любило этот мех. Если бы Синопа пал в битве, враги сняли бы с него скальп вместе с косичкой и сохранили бы как трофей.
Сейчас же после завтрака мать мальчика начала делать для него мокасины и просидела над этой работой несколько дней. Верхнюю часть, или голенище, она украсила разноцветными иглами дикобраза; каждая игла была крепко пришита тонкими нитками из сухожилий.
Между тем Красный Журавль, порывшись в своих мешках, достал четыре шкуры антилопы. Кожа была белоснежная и прекрасно выдубленная.
— Ее дубила твоя бабушка за год до смерти, — объяснил он Синопе. — Я хранил ее для тебя. Теперь мы сделаем из этой кожи твой первый военный наряд. Смотри, как я буду кроить. Когда-нибудь тебе самому придется кроить и шить.
Старик снял мерку с мальчика, из двух шкур сделал ему штаны с длинной бахромой и украсил их пучками конского волоса, выкрашенного в красный цвет, а также пучками волос со скальпов, которые Красный Журавль хранил как трофеи.
Из двух других шкур сделана была широкая, обшитая бахромой рубаха, доходившая почти до колен. Белоснежные с черными хвостами шкурки украшали воротник и спускались на рукава. Красный Журавль нарисовал на рубахе спереди и сзади каких-то маленьких синих и желтых животных, походивших на ящерицу. Синопа спросил, что это за животные.
— Я не могу тебе сказать, — отозвался дед. — Это мой «тайный помощник», которого я видел во сне, когда постился. Он вышел из воды и обещал всегда мне помогать. Вот я и нарисовал его на твоей одежде. Пусть он и тебе помогает.
— А когда же у меня будет мой собственный «тайный помощник»? — спросил Синопа.
— Сейчас тебе двенадцать зим; пройдет еще три зимы, и ты можешь тогда начать пост. Для этого нужно уйти в какое-нибудь уединенное местечко подальше от лагеря. Быть может, тебе придется поститься пять, шесть или даже семь дней. Каждый день мать будет приносить тебе воду, а есть в это время нельзя. Поститься ты будешь до тех пор, пока не увидишь во сне какого-нибудь зверя или птицу, которая пообещает быть твоим «тайным помощником». Надеюсь, что у тебя будет могущественный помощник!
— О да, дедушка! Я в этом уверен, — заявил Синопа.
Члены братства Москитов должны были собраться через несколько дней. Между тем в вигваме Белого Волка кипела работа. Из шкуры выдры, которую поймал Красный Журавль, изготовлен был футляр для лука и колчан для стрел, расшитый иглами дикобраза. Отец и дед подарили ему новый лук и новые стрелы. Синопе никогда еще не приходилось стрелять из такого большою лука, но он был сильным, мускулистым мальчиком и легко мог его сгибать. Стрелы он получил настоящие, какими стреляют взрослые воины, с тонкими, прямыми древками, красивым оперением и маленькими зазубренными наконечниками. Новый пояс Синопы был украшен бусами, а за поясом торчал нож в ножнах.
Наконец настал великий день. Синопа надел новый костюм, повесил за спину колчан из шкуры выдры и отправился вместе с дедом на собрание Москитов. В большом вигваме одного из старшин сидели на мягких шкурах мальчики-подростки, друзья Синопы. Когда он показался у входа, раздались возгласы:
— А! Вот и Синопа! Добро пожаловать, брат, добро пожаловать!
Красный Журавль прошел в глубь вигвама и сел рядом с двумя стариками, а товарищи Синопы подвинулись, и для мальчика нашлось свободное местечко. Старики дали знак, призывая к молчанию, затем взяли два барабана и, ударяя в них, затянули военную песню. Все дети встали и начали плясать вокруг костра. Красный Журавль часто их останавливал и указывал, какие ошибки делают они в танце  13. Потом дети отдыхали, а один из стариков долго говорил о том, что воины Должны быть людьми добрыми и смелыми, всегда готовыми пожертвовать жизнью для блага племени.
После беседы снова начались пляски, и день прошел незаметно. На закате солнца Синопа, усталый и счастливый, вернулся Домой. Вечером он сидел у костра, не шалил, не смеялся и рано улегся спать. На следующее утро маленькая Отаки заглянула в вигвам и крикнула:
— Синопа, вставай скорее! Мы идем играть к реке.
Мальчик привстал и посмотрел на нее.
— Нет, сестра, — ответил он, — теперь мне не до игр. Я — Москит и скоро буду взрослым воином.
Так закончилось детство Синопы, индейского мальчика, которому суждено было стать великим вождем. В тот день отец впервые взял его с собой на охоту. Синопа мчался на быстрой лошади, преследовал стадо бизонов и вечером привез в лагерь мясо убитого им бизона.