Бумажная звезда
— Эта жена мне нравится больше, — сказала она, поздравляя его.
— Спасибо, тетя Гло. Она мне тоже нравится больше.
— Ты прекрасно выглядишь. Я рада, что ты счастлив. Я слышала, ты очень занят.
— Очень.
Сент продолжал работать на студии «Омега», и недавно они с Верой изобрели новую компьютерную игру «Проклятие колдуна». Эта новая работа имела потрясающий успех и была гораздо интереснее, чем комиксы.
— Она у тебя очень умная, и платьице на ней хорошее, беременность ей идет. Почему ты смотришь на меня с таким удивлением? Я же все вижу. И другие, думаю, видят.
Спринг Кентфилд, молодая и красивая, как всегда, в платье цвета кукурузы с голубой отделкой, примерно того же стиля, что и платье Веры, едва ощутимым поцелуем приложилась к щеке своей новой родственницы.
— Мне кажется, что Вера могла бы выбрать более подходящее платье, — сказала она с ехидством. — Желтый цвет убивает ее.
— Глупости, — ответила мама, допивая четвертый бокал шампанского, — она выглядит такой цветущей.
— Она опять стала набирать вес, — продолжала Спринг.
— Еще бы ей не набирать, если она ест за двоих. Думаю, что вы ждете не дождетесь своего первого внука, — не преминула уколоть мама.
— Вера, отдай Джи Би ребенка. Нам надо резать торт, пока мороженое не растаяло.
Они направились к дубовой роще, где стоял на столе огромный торт с засахаренными фигурками жениха и невесты.
— Джи Би все знает, — сказала Вера. — Она спросила меня, как мы хотим назвать ребенка.
— Все знают, — ответил Сент, — даже тетя Глория.
— По крайней мере мама не знает.
Они взяли в руки длинный нож с ручкой из старинного итальянского серебра, покрытого орнаментом, и заняли исходную позицию.
Вспыхнули лампочки, и они медленно поднесли к торту нож.
— Всем улыбаться! — закричал Дональд, хватаясь за камеру.
— Она все знает, — шепнул Сент.
Все дружно заулыбались.
— С чего ты взял? — сквозь зубы спросила Вера.
— Я слышал, как она сказала моей матери, что ты ешь за двоих.
— О, Сент, неужели? Это ужасно.
— А еще она сказала моей матери, что той, наверное, не терпится заиметь внука. Ты бы видела лицо Спринг.
Веру душил смех. Ее рука дрожала, и она крепче ухватилась за нож.
— Твоя мать гораздо мудрее, чем ты думаешь. Эй, что ты делаешь? Он же сейчас упадет.
Огромный торт стал крениться вперед.
Вера перестала смеяться и с ужасом смотрела на него.
— Что ты стоишь? — закричала она. — Сделай хоть что-нибудь!
Сент протянул к торту руки. Его нога зацепилась за стол, и они с Верой вместе с засахаренными женихом и невестой и верхним слоем торта полетели на землю.
Дональд Уилер снимал все это на пленку.
Вера сидела на земле с куском торта на коленях.
— Вот черт! — воскликнула она и начала смеяться.
— Произошел несчастный случай, — сказал Сент, сидя с ней рядом и вынимая из волос кусочки мороженого, которые тут же слизывал. — Не волнуйся. Все равно очень вкусно.
— Конечно, вкусно, — успокаивала их Анна Барделучи Уилер. — Нижние слои даже не пострадали.
Она побежала за бумажными тарелками.
— Напрасно они назвали девочку Анной, — заметила Вера. — Это очень неудобно.
— Ты права. Если у нас будет девочка, мы не станем называть ее Верой или Луизой в честь твоей матери.
— Или Спринг, — добавила Вера.
— Бог нам этого не позволит. А если у нас будет мальчик, то мы не назовем его Слоун Сент-Джон.
— Хорошо, — согласилась Вера. — Начало положено.
— И ты знаешь, что лучше всего? — Сент намочил салфетку в шампанском и стал стирать крем с носа Веры. — Никто никогда не будет звать его Джуниор.