Круг света

– Нет, в них вы не ошибаетесь, – задумчиво проговорил Мартин.
Они уже подошли к самым столам, где еще горели свечи, когда в доме кто-то включил радио. Из динамика на террасе полилась музыка. Танцевало несколько пар. Виллард танцевал с Линдой. Они танцевали отстранение, легко, едва касаясь друг друга. Мартин остановился и положил руку на плечо Баумана – остановить и его. Бауман дрожал. Мартин чувствовал сквозь рукав, как его бил озноб.
– Послушайте, – сказал Мартин, не спуская глаз с сестры и ее мужа. – Я должен сказать это им. И я должен сообщить в полицию. Даже если никто ничего не сумеет доказать, вы понимаете, чем это может для вас обернуться, особенно здесь?
– Понимаю, – ответил Бауман, не сводя с Вилларда взгляда вопрошающего, тоскливого и отчаянного, – делайте что хотите. Мне это совершенно все равно, – уронил он.
– Я никому ничего не скажу… пока. – Мартин сказал это резче, чем ему хотелось, стараясь, чтобы в голосе не прорвалась ни единая нотка жалости,
– так было лучше для самого Баумана. – Но сестра пишет мне каждую неделю. И если я услышу, что кто-то опять видел человека под окном, хоть раз, хоть один-единственный раз…
Бауман все еще смотрел на танцующих.
– Ничего вы не услышите, – он пожал плечами. – Я буду по ночам сидеть дома. Никогда и ничего я не узнаю. Зачем только я сам себя обманываю?
И он пошел прочь, сильный телом и смятенный духом, шпион, заблудившийся во тьме, у которого карманы набиты данными бесчисленных разведок, не поддающимися расшифровке. Он медленно прошел среди танцующих, и через несколько мгновений Мартин услышал его громкий, добродушный смех, смех доносился со стороны стола, служившего в этот вечер баром, около которого собрались нетанцующие гости, в том числе мистер и миссис Винтере; они стояли, обняв друг друга за талию.
Мартин отвел глаза от группы возле бара и снова посмотрел на сестру и ее мужа, которые танцевали на выложенной плитами веранде под негромкую ночную музыку, как бы доносившуюся издалека и таявшую под открытым небом. И, рожденная новым зрением, явилась в нем вера, что не Виллард ведет ее в танце, не Линда следует за ним в движении, а просто плывут они, нежно и нерасторжимо вместе, волшебно огражденные от всех опасностей.
«Бедный Гарри, но даже если все это так, как мне привиделось, – подумал он, направляясь к Линде, чтобы сказать ей, что готов ехать домой, – даже если это так, завтра я покупаю им собаку».