Песня ветра
КНИГА I
ТАЙНАЯ НЕВЕСТА
Приляг, любимый мой, со мной под небом ясным,
Шепчи мне о любви своей, пусть даже это ложь.
Целуй меня, целуй меня. Уста твои – как мед.
Кольцо пообещай мне в дар, и сердце запоет.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ПЛАНЫ МЕНЯЮТСЯ
Я не знаю, как стряслось,
Что пошла и вкривь и вкось
Наша, милый мой, любовь.
Поклянись вернуться вновь.
Глава 1
Река Йорк, Виргиния. Зима 1689 года
Едва они бросили якорь вблизи знакомых утесов Иорктауна, как запорошил мелкий снег. Он таял на лету в голубых сумерках, поэтому воздух был влажен, как в сыром погребе. Мягкие хлопья опускались на светлые волосы Каролины, когда она и Рэй прощались с Сэнди Рэндолфом, перед тем как сесть в баркас. Каролина, взволнованная своим возвращением в, казалось бы, навсегда утерянный мир, забыла накинуть свой бархатный капюшон.
Пока баркас направлялся на веслах к городу, Каролина думала, что все очень изменилось с тех пор, как они покинули Тортугу. Серый корабль, оставленный ими, во время плавания был переименован из «Морского волка» в «Морского скитальца». Пираты, которых они покинули в Иорктауне, выглядели уныло-респектабельными. Новый «капитан» «Морского скитальца», взятый на эту должность в основном потому, что умел держать язык за зубами, был типичным моряком, но уж никак не пиратом. И в шлюпке рядом с Каролиной сидел рассудительный деревенский джентльмен – именно такой, каким увидела Каролина его при первой встрече.
Келлз и Сэнди Рэндолф еще до прибытия обсудили все детали.
– Вряд ли тебе стоит появляться с кортиком на боку и заявлять, что ты знаменитый капитан Келлз, даже твоим новым родственникам, – сказал Сэнди молодому человеку, когда, отужинав последний раз на борту корабля, они потягивали награбленное испанское вино.
Он был в элегантной парчовой куртке, украшенной золотым шитьем и походившей на кожаный военный мундир, который носили в то время. Кружевной воротник и манжеты сверкали безупречной белизной, брюки были самого модного покроя. Каролина с гордостью подумала, что в таком виде Сэнди вполне мог бы появиться даже при дворе короля.
Келлз сидел напротив, держа в руках стакан с мадерой, и выглядел отнюдь не так элегантно. Его бордовый бархатный камзол с манжетами был украшен уже потускневшей вышивкой, хотя и ловко облегал его широкие плечи. Густые темные волосы небрежно рассыпались по плечам. Сэнди же аккуратно зачесал их назад и перехватил плотной черной лентой. Свет, падавший от лампы на потолке, резко обозначил скулы Келлза и его квадратный подбородок. Поскольку Каролина надела алое бархатное платье с глубоким вырезом, в каюте было жарко натоплено. Келлз расстегнул ворот, что придавало ему несколько неряшливый вид и отличало от двух собеседников.
Он не сразу отреагировал на совет Сэнди. Каролина, молча наблюдавшая за мужчинами, вдруг подумала, выполнит ли Сэнди ее просьбу и скажет ли о том, что она пока еще вовсе не законная жена этого мускулистого пирата.
– Лучше всего выдать себя за пассажира торгового судна, прибывшего за грузом в Иорктаун, – продолжил Сэнди. – Тогда, если возникнут осложнения с помилованием…
«Тебе удастся улизнуть, прежде чем власти установят, что ты капитан Келлз, – с болью в сердце подумала Каролина. – По морю». И тут она отчетливо осознала, насколько рискованна совместная жизнь тайдуотерской аристократки, выдававшей себя на Тортуге за мисс Кристабел Уиллинг, и Келлза, называвшегося ирландцем и скрывавшего за пиратской внешностью мечту английского деревенского джентльмена вернуться домой.
– Полагаешь, что с моим помилованием могут возникнуть затруднения? – Взгляд Келлза помрачнел при мысли, что у него отнимут все, о чем он так мечтал.
– Нет, конечно. – Сэнди Рэндолф чуть пожал обтянутыми парчой плечами; помимо его воли этот жест оказался весьма красноречивым. Королевское помилование обычно стоило дорого, и кто поручится, что объявленная всеобщая амнистия распространится на такого знаменитого пирата, как капитан Келлз. Ведь за его голову Испания назначила награду в сорок тысяч дублонов! – Я немедленно похлопочу за тебя перед моим другом губернатором. Разумеется, утаив, кто ты такой, – заверил Сэнди молодого человека. – Но раз уж ты решил назваться своим настоящим именем, думаю, оно должно быть известно только семье Лайтфутов. Это поможет избежать опасных обмолвок. А тем временем я постараюсь выяснить, как обстоит дело с твоим помилованием.
Келлз взглянул на Каролину:
– Это совпадает и с твоими желаниями?
Она залилась краской – от щек до груди, выступающей из глубокого декольте.
– Д-да, по-моему, это разумнее всего.
– Что ж, – задумчиво отозвался Келлз.
Каролина внезапно смутилась: а что, если среди обитателей Левел-Грина найдутся негодяи, способные на предательство? Это вполне может сделать и Филдинг Лайтфут, ненавидящий Сэнди и недолюбливающий ее. Нет-нет, она не допустит этого.
Пусть даже никто и не узнает, что Рэй – пират, но необходимо все предусмотреть.
Всем офицерам и матросам недавно переименованной Морского скитальца» велели проявлять крайнюю осторожность, на вопросы любопытных отвечать, что они – члены команды бристольского торгового судна, собирающегося загрузить в трюм табак для английских курильщиков. На веслах в баркасе сидели молчаливые настороженные матросы. Все они вернулись на родину богатыми людьми и ждали помилования. Волны прилива несли их к Йорку.
Когда они подошли к причалу Левел-Грина, сердце Каролины учащенно забилось. Отсюда уже хорошо был виден большой кирпичный дом с башенками, построенный во фламандском стиле. В окнах первого этажа горели свечи. Может, там гости? Это было бы весьма некстати, ибо весь Тайдуотер знал, что Каролина Лайтфут бежала из дома. И вот она вернулась в новом алом плаще, сопровождаемая не компаньонкой, как положено, а властным джентльменом в серой одежде.
Наконец баркас пришвартовался, они торопливо прошли по занесенной снегом лужайке и постучали в парадную дверь большим молотком. Им открыла изумленная служанка. Войдя, они стряхнули снег с плащей и оставили свой багаж в величественной зале с высокими пилястрами и широкой резной лестницей, по которой могли бы подняться в ряд сразу восемь человек.