Мемуары-Лабиринт]

14 марта Тисо провозгласил основание независимой Словацкой республики. В ночь на 15 марта после драматического совещания Гаха принял ультиматум Гитлера и заключил с ним известное соглашение о «защите чешского народа великогерманским рейхом».
Немецкая оккупация Чехии произошла после этого без малейшего сопротивления. В ночную метель, по обледенелым дорогам Гитлер мчался в Прагу, чтобы появиться в Градчанах раньше Гахи. Тем временем я, находясь в Берлине, должен был заботиться о том, чтобы на соответствующий срок задержать вылет Гахи в Прагу.
Теперь Гитлер всячески торопил с включением Чехии в великогерманскую империю. Полиция безопасности и СД взяли на себя исполнительную власть и тесно сотрудничали с чешской полицией. Чешская полиция была настоящей элитой, как в отношении профессиональном, так и чисто внешне, что вызвало у Гиммлера следующее замечание: «Превосходный человеческий материал! Я всех их возьму в войска СС».
Жизнь в Чехословакии внешне быстро входила в свое привычное русло, однако глубинные трения еще давали себя знать.
1938 год недаром назвали «годом кризисов». Еще в то время, когда Гитлер подготавливал разгром Чехословакии, в Германии внезапно вспыхнули синагоги. В тот самый момент, когда Гитлер принимал участие в Мюнхенской встрече, посвященной годовщине путча 9 ноября 1923 года, министр пропаганды Геббельс организовал пресловутую «хрустальную ночь». В качестве повода для этого было использовано убийство атташе германского посольства в Париже, совершенное молодым польским евреем. Когда в ночь на 10 ноября 1938 года я шел по Курфюрстендам, эта фешенебельная улица Берлина выглядела как после бомбежки. Все магазины, принадлежащие евреям, были разгромлены, товары разграблены или выброшены на улицу. В других городах Германии дело обстояло точно так же. Материальный ущерб составил около двух миллиардов рейхсмарок. Кроме того, 3, 5 тысячи легковых автомобилей, принадлежавших евреям, были лично присвоены членами партии.
Гиммлер и Гейдрих, которые, насколько мне известно, ничего не знали о намерениях Геббельса, тотчас же обратились к Гитлеру с требованием немедленно устранить Геббельса из состава политического руководства. Гейдрих указал Гитлеру на возможные внешнеполитические последствия, связанные прежде всего с «окончательным решением» чехословацкого вопроса, которое могло бы быть затруднено в результате протеста мировой общественности против антисемитского террора. Отзыв американского посла из Берлина, казалось, подтверждал опасения Гейдриха. Гитлер, раздраженный самоуправством Геббельса, уже склонялся к согласию с требованием Гиммлера и Гейдриха о смещении рейхсминистра пропаганды, но тут вмешался Риббентроп. Он обрисовал внешнеполитические последствия этого события в менее тревожном свете и способствовал тому, что Геббельс сохранил свой пост.