Кориолан

Стряхнуть десяток лет, клянусь богами,
Я всюду за тобою неотступно
Последовал бы.
Кориолан
Руку дай. — Идем.
Уходят.
 
СЦЕНА 2
Там же. Улица поблизости от ворот.
Входят два трибуна — Сициний и Брут. С ними Эдил.
Сициний
Всех по домам отправь. Он удалился.
И этого довольно. Ропщет знать,
Которая была с ним заодно.
Брут
Поставив на своем, мы показали,
Что мы сильны. Теперь держаться надо
Скромней, чем раньше.
Сициний
Пусть идут домой.
Скажи, что главный их противник изгнан
И власть плебеев вновь, как встарь, крепка.
Брут
(эдилу)
Всем разойтись вели.
Эдил уходит.
Входят Волумния, Вергилия и Менений.
Вон мать его.
Сициний
Свернем-ка мы с дороги.
Брут
Почему?
Сициний
Да говорят, она ума решилась.
Брут
Нет, поздно уходить: нас увидали.
Волумния
А, вот и вы! Пусть язвами чумными
Вам боги за любовь ко мне и сыну
Отплатят!
Менений
Тише! Ну зачем так громко?
Волумния
Когда б не слезы, я б сказала вам…
Да и теперь скажу…
(Бруту.)
Постой, куда ты?
Виргилия
(Сицинию)
И ты останься. — Ах, зачем была я
Не властна мужу то же слово молвить!
Сициний
(Волумнии)
В тебе, я вижу, много от мужчины.
Волумния
А что же в том позорного, глупец? — 
Нет, посмотрите, как он глуп! — Да разве
Я родилась на свет не от мужчины.
В отличье от тебя, отродье лисье,
Изгнавшее того, кто ради Рима
Нанес ударов больше, чем успел
Ты слов наговорить?
Сициний
Благое небо!
Волумния
Да-да, за ним ударов славных больше,
Чем за тобой премудрых слов. И он
Их наносил всегда на благо Риму.
Скажу тебе я… Впрочем, уходи…
Нет, ты остаться должен… Мне б хотелось,
Чтоб повстречал в пустыне аравийской
Мой сын тебя и всю твою родню
И чтоб при нем был добрый меч…
Сициний
И что же?
Виргилия
А то, что он со всем твоим потомством
Покончил бы.
Волумния
Вплоть до детей внебрачных.
О, сколько раз он ранен был за Рим!
Менений
Довольно, успокойся.
Сициний
Я желал бы,
Чтоб он, служа отчизне так, как начал,
Вовек не порывал узла заслуг,
Которым с нею сам себя связал.
Брут
И я желал бы этого.
Волумния
Желал бы!
Тогда зачем же с ним толпу стравили
Вы, два кота облезлых, хоть способны
Вы о его достоинствах судить
Не более, чем я — о тайнах неба,
Сокрытых от людей.
Брут
Уйдем, Сициний.
Волумния
Теперь я вас сама прошу — уйдите:
Вы славно потрудились. Но сначала
Еще два слова выслушать извольте:
Насколько выше холм Капитолийский
Беднейшей римской хижины, настолько
Супруг вот этой женщины, мой сын,
Хотя он изгнан вами, — выше вас.
Брут
Ну вот и хорошо. Прощай.
Сициний
Не стоит
На споры с сумасшедшей время тратить.
Волумния
Мои молитвы — с вами.
Трибуны уходят.
Пусть отныне
Одно лишь боги знают: исполнять
Мое проклятье. — О, как я желаю
Хоть раз на дню встречать их, чтобы тяжесть
Свалить с души.
Менений
Досталось им изрядно,
И поделом. Поужинаем вместе?
Волумния
Моя еда — мой гнев. Мой ужин — скорбь.
Я с голода умру при этой пище.
(Виргилии.)
Идем, и перестань стенать бессильно,
Но, как Юнона грозная, как я,
Излейся гневом. Ну, идем.
Волумния и Виргилия уходят.
Менений
О низость!
Уходит.