Кориолан

Прошу, довольно!
Кориолан
…(Хоть у народа больше прав там было),
Я повторяю: тот своим советом
Вскормил непослушанье и мятеж
На гибель государству.
Брут
Неужели
Народ подаст свой голос за того,
Кто это говорит?
Кориолан
Я приведу
Вам доводы ценней, чем этот голос.
Плебеям ли не знать, что не в награду
Был роздан хлеб, которого они
Не заслужили? Кто как не народ,
Когда его мы звали на войну
С врагом, грозившим сердцу всей отчизны,
Не пожелал и за ворота выйти?
А на войне чем проявил он храбрость?
Одними бунтами да мятежами.
Едва ль и те пустые обвиненья,
Которые он предъявлял сенату,
На щедрый дар ему давали право.
И что ж? Как понял доброту сената
Желудок черни? Все ее поступки
Нам говорят яснее слов: "Нас много.
Мы захотели хлеба — и со страху
Нам дали хлеб". Унизили мы сами
Свою же власть и побудили чернь
Почесть за трусость наше снисхожденье.
Оно взломает скоро дверь сената,
И вороны туда ворвутся стаей
И заклюют орлов.
Менений
Молчи! Довольно!
Брут
И даже с лишком!
Кориолан
Нет, скажу еще,
Скрепив свои слова любою клятвой — 
Небесной иль земною. — Двоевластье,
Когда одни правители с презреньем
По праву смотрят на других, а те
Поносят первых вовсе без причины,
Когда важней, чем сан, рожденье, мудрость,
Невежественный голос большинства, — 
Такое двоевластье неизбежно
К забвению потребностей насущных
И к общему разброду приведет.
Там, где преграждена дорога к цели,
Недостижима цель.
(Сенаторам.)
А потому
Молю я вас, людей не столько робких,
Сколь осторожных; вас, кто больше любит
Порядок, чем боится перемен;
Вас, для кого важней прожить достойно,
Чем долго; вас, кто предпочесть способен
Опасное лекарство верной смерти, — 
Немедля вырвите язык толпе,
Чтоб не лизала сладостной отравы.
Иначе унижение сената,
Заставив смолкнуть здравый смысл, разрушит
Единство, без которого нет власти.
Коль зло поработит ее, она
Служить добру не сможет.
Брут
Все нам ясно!
Сициний
Он как изменник говорил и будет
За это как изменник отвечать!
Кориолан
Мерзавец! Ты от злости раньше лопнешь!
Затем ли мы трибунов черни дали,
Чтоб эти облысевшие прохвосты
Ее учили неповиновенью?
Она избрала их во время бунта,
Когда не долг законом был, а сила.
Но времена бесчинства миновали.
Воскликнем же: «Пусть торжествует право!» — 
И власть трибунов превратим во прах.
Брут
Измена налицо!
Сициний
И это — консул?
Ну, нет!
Брут
Сюда, эдилы!
Входит эдил.
Взять его!
Сициний
Зови народ.
Эдил уходит.
А ты задержан мною
От имени народа как изменник,
Как враг его. Зову тебя на суд
И обвиняю.
Кориолан
Прочь, седой козел!
Сенаторы и прочие
Мы за него ручаемся.
Коминий
Старик,
Не смей его касаться!
Кориолан
Прочь, иль кости
Твои гнилые из одежды грязной
Я вытрясу.
Сициний
Сограждане, на помощь!
Входят эдилы с толпой горожан.
Менений
Опомнитесь вы оба!
Сициний
Горожане,
Вот тот, кто хочет власть у вас отнять!
Брут
Хватай его, эдилы!
Горожане
Смерть ему! — 
Долой его! — Покончить с ним!
Сенаторы и прочие
К оружью!
Все с криком окружают Кориолана.
Патриции!.. Сограждане!.. Трибуны!..
Сициний!.. Брут!.. — Кориолан!.. — Постойте!..
На помощь!.. — Успокойтесь!.. — Тише, тише!..
Менений
Что происходит здесь? Я задыхаюсь.
Беда близка, а говорить нет сил!
Кориолан, трибуны, успокойтесь!
Уйми народ, Сициний добрый!
Сициний
Тише!
Сограждане, послушайте меня!
Горожане
Послушаем трибуна. — Тише, тише!
Сициний
Вам всем грозит беда: задумал Марций,
Которого вы консулом избрали,
Отнять у вас свободы ваши.
Менений
Тьфу!
Не тушишь ты пожар, а разжигаешь!
Первый сенатор
Безумец, ты разрушить город хочешь?
Сициний
А что такое город? Наш народ.
Горожане
Он дело говорит: народ есть город.
Брут
Народ нам поручил единодушно
Быть судьями от имени его.
Горожане
И оставайтесь ими.