Небесный подкидыш, или Исповедь трусоватого храбреца
2. ЗАГАДОЧНЫЙ ВЗЛОМ
Скромность украшает мудрых. Поэтому пока что отпихну себя на второй план и сообщу вам кое-какие сведение о моем друге Юрке Птенчикове. Однажды, в давние времена, в нашем доме на Н-ской линии Васильевского острова произошло загадочное событие. Дом тогда еще дровами отапливался. Дров было маловато, в квартирах было холодновато и сыровато — поэтому белье после стирки сушили на чердаке. Дверь чердачную запирали. И вдруг в одно воскресное утро дом облетела весть роковая: чердачная дверь взломана! И взлом тот был не простой, а загадочный. Сами подумайте: дверь взломана, а все белье, что сушилось, — в целости. Там из трех квартир белье висело — и, представьте себе, ни одна наволочка, ни одни кальсоны не пропали! Для чего тогда, спрашивается, взлом было делать?!
Дабы внести в это дело уголовную ясность, побежали в милицию, мильтона привели. Он констатировал печальный факт: да, замок взломан. Причем не с лестницы, а с чердака. То есть кто-то с крыши через чердачное окно проник на чердак и, не покусившись на чужую нижнюю одежду, взломал дверь, ведущую на лестницу, — и удалился. При таком повороте события все жильцы, как тогда говорилось, опупели от удивления, весь дом загудел от толков и домыслов. Анфиса Степановна, старушка из 27-й квартиры, та даже утверждала, что это на чердаке не люди, а ангелы побывали. Потому что как же это так: белье свободно висит, бери что хошь, а они ничего не тронули! Но прочие обитатели дома логически отвергли эту божественную гипотезу. Во-первых, двери взламывать — это поступок, что там ни говори, не ангельский. Во-вторых, будь то даже ангелы-распроангелы, никакого особого благородства они не проявили тем, что белье не уперли; ведь у них, у ангелов, свое небесное обмундирование, им сорочек или там бюстгальтеров не требуется. И, в-третьих, никаких ангелов нет, их зарубежная пропаганда выдумала. Через неделю, после горячих споров и теоретических рассуждений, жильцы пришли к выводу, что в этом деле явно замешана гаванская шпана. Хулиганы тайно проникли на чердак соседнего дома, откуда по крыше перебрались на наш чердак и совершили взлом дверного замка, дабы быстренько вынести все белье по лестнице и затем забодать его на толкучке. Но в последнюю минуту гаванцам почудилось, что их зашухерили, и они в жуткой панике покинули чердак, не успев совершить замышленного злодеяния. Как видите, уважаемый читатель, весь этот вывод построен на недоказанных домыслах. Но не будем смеяться над жильцами дома! Ведь в то, не такое уж отдаленное, время никто на Земле еще не ведал о наличии неопознанных летающих тарелок, никто знать не знал о том, что Земля регулярно посещается иномирянами. Знай это жильцы дома — у них бы хватило ума догадаться, что побывали на их крыше и чердаке никакие не гаванцы, а просто-напросто инопланетники.
Та чердачная сенсация — так заполонила умы жильцов, что совершенно заслонила собой другое событие. А состояло оно в том, что в ночь, предшествующую тому утру, когда был обнаружен взлом, кто-то позвонил в квартиру No 25, находившуюся на той лестнице, что вела на чердак. В этой однокомнатной квартирке (бывшей швейцарской) одиноко обитала бухгалтерша ЖАКТа Клавдия Борисовна Птенчикова. Она, естественно, была удивлена — кто это будит ее среди ночи?! Когда она сквозь дверь спросила: «Кто там? Чего вам надо?» — ей никто не ответил. Но затем она услыхала детский писк — и открыла дверь. На лестничной площадке стоял, аккуратно закутанный в добротную теплую одежду, малыш; на вид ему было годика два.
— Подкидыш!.. Только этого мне не хватало! — воскликнула тетя Клава. Затем внесла ребенка в квартиру, уложила на кушетку — не оставлять же его на лестнице. И вдруг малыш улыбнулся ей, да так ласково и весело, что она мысленно повторила: «Только этого мне не хватало!» Но повторила уже в ином, самом положительном смысле. Короче говоря, она решила усыновить дитя, и вскоре осуществила это, оформив его через загс на свою фамилию и присвоив ему имя Юрий.
Родителей своих Клавдия Борисовна не знала, воспитывалась в детдоме, потом окончила бухгалтерские курсы, устроилась счетоводом в наш ЖАКТ, получила квартиру. А вообще-то, судьба ее не баловала. Замуж вышла поздно, да и муж попался какой-то несерьезный — вскоре покинул ее ради другой, что покрасивше. Красотой, честно говоря, тетя Клава не блистала. Зато блистала она добротой своей. Если в доме кому помощь нужна — все к тете Клаве бегут. Она и за больным поухаживает безвозмездно, и обиженного утешит, и деньгами из последних своих средств поможет. За ней не только в нашем доме добрая слава утвердилась, но и в соседних домах. Мало того, слава та, по каким-то космическим каналам, и до одной дальней планеты дошла; иначе не подкинули бы тете Клаве иномиряне своего ребенка. Впрочем, о том, что он не из мира сего, она знать не знала, ведать не ведала. И даже позже, когда Юрик признался ей, что он на Земле гость, а не хозяин, она ему не поверила, за выдумку сочла. А та загадочная чердачная история произошла, когда я еще совсем маленьким был. Услыхал я об этом много позже, уже в мало-мальски разумном возрасте. Мне взрослые рассказали. Загадочный взлом так въелся в их память, что они много лет спустя его переживали и пережевывали.