Пленник кратера Арзахель-Пленники кратера Арзахель]
И снова в кратере Арзахель…
Похожий на красную стрелу лунолет медленно плыл над кольцевыми хребтами. В просторной кабине сидели трое. Двое мужчин в эластичных синих скафандрах с откинутыми прозрачными шлемами и девушка-пилот.
— Мы только что пересекли границу исследованной территории, — сказал старший из мужчин, внимательно вглядываясь в лабиринт хребтов за окном лунолета. — В прошлом месяце мы были у подножия того двуглавого пика. Готовься, Иван.
— А где Арзахель? — поинтересовался Иван, осторожно натягивая прозрачный колпак шлема.
— Кратер Арзахель под нами, — сказала девушка. — Где вас высадить, Лён Юрьевич?
— Минуту… Можно на площадке возле центрального жерла…
Лунолет скользнул вниз.
— Осторожно, Вильда, — говорил Лён, проверяя крепления шлема. — Это один из самых сейсмичных районов Луны. Не касайтесь грунта. Повисните в метре над площадкой. Пошли, Иван.
— Вернусь за вами через пять часов, — сказала девушка. — Буду здесь в двадцать один тридцать по московскому.
— А сейчас куда? — спросил Иван, вылезая из глубокого кресла.
— Лечу за группой профессора Пала. Их надо доставить на Главную базу.
— Далеко! Успеешь вернуться за нами?
— Конечно.
— Смотри! Иначе опоздаем к ужину.
— Иван уже беспокоится об ужине, — усмехнулся Лён, отодвигая дверь выходного тамбура. — Счастливого полёта, девочка!
Иван спрыгнул на каменистый грунт первым. Помог спуститься своему спутнику. Они отбежали на несколько метров от парящей машины, и Лён поднял руку. Вильда помахала в ответ. Красная стрела дрогнула и стремительно рванулась вверх.
Иван с любопытством оглядывал пустынные каменистые плато, залитые слепящим бело-фиолетовым светом. Чёрные тени скал были совсем короткими. Солнце стояло в зените.
Лён выдвинул на своём шлеме антенну дальнего приёма.
— Профессор Петров вызывает Главную базу. Слышите меня? Мы высадились у центрального жерла и начинаем маршрут. Все в порядке! За работу, Иван!
Маршрут начался как обычно. Профессор осматривал скалы, диктовал наблюдения в шлемофон, соединённый с миниатюрным магнитофоном. Магнитофон вместе с другими приборами помещался в ранце за спиной. Иван искровым молотком на длинной рукояти откалывал образцы горных пород, брал пробы газов, специальными счётчиками мерил напряжённость физических полей.
Пройдя несколько километров, остановились передохнуть.
— Доволен, что попал сюда? — спросил профессор, внимательно глядя на Ивана сквозь прозрачное стекло шлема.
— Интересно, конечно. Но в общем то же, что и в других цирках. Лавы, лавы… Одни лавы.
— Чудак! Это районы сплошных вулканов. На Земле нечто подобное можно было наблюдать только в Сибири и то лишь в триасовое время… Кроме того, лавы кратера Арзахель более глубинного происхождения, чем во многих других лунных цирках. Корни этого вулкана уходят на громадную глубину…
— Я все же предпочитаю более детальные исследования, — заметил Иван. — На Земле меня учили иначе… А это, простите, Лён Юрьевич, смахивает на верхоглядство. Прилетели, посмотрели, а через несколько часов улетим с кучей образцов. Завтра — другой цирк. И тэ дэ и тэ пэ… А тут нога человеческая не ступала…
— Все в своё время, дорогой мой! — усмехнулся профессор. — Когда-то и на Земле так начинали. Сначала надо выбрать места для детальных исследований. А нога человеческая тут ступала… Лет 80 назад здесь побывала одна из первых американских экспедиций.
— В институте нам об этом ничего не говорили… И что они сообщают?
— В официальном отчёте — общие фразы. Впрочем, они пробыли здесь недолго. Сейсмичность быстро заставила их перебраться на другое место.
— А не они ли первыми распространили слух об этих таинственных зелёных шарах?
— Возможно… Участники первых планетных экспедиций столкнулись с массой непонятных явлений. Кое-что удалось потом выяснить, многое оказалось основанным на недоразумениях…
— Но зелёные шары… — запротестовал Иван.
— Да, зелёные шары пока продолжают оставаться загадкой. Дело в том, что никто никогда не наблюдал их вблизи. Именно потому многие исследователи ставят под сомнение их существование.
Иван махнул рукой:
— Исследуем Луну столько лет, и как все же мало её знаем…
— Неудивительно. Речь идёт о целой планете, а исследовательских баз здесь пока меньше, чем было в Антарктиде в середине прошлого столетия.
Иван скептически покачивал головой, ковыряя рукояткой искрового молотка в неглубокой расщелине:
— На исследовательских базах увлекаются теорией, — вполголоса заметил он, когда профессор умолк. — Вместо того, чтобы искать руду, ищут доказательства разных гипотез. Вот, например, вы, Лён Юрьевич. О платиновой жиле продиктовали три фразы, а об отличии арзахельских лав от земных — целую ленту. Почему?
Профессор улыбнулся:
— С платиной все ясно. Сюда надо прислать разведочный отряд. А арзахельские лавы — это вероятный источник платины. Изучив их, поймём, где искать новые месторождения… Платина такая же, как и на Земле, а вот лавы совсем другие…
— Так вы считаете, что тут не может быть горных пород земного типа?
— Убеждён в этом!
— Но разве, например, вот эта порода не похожа на земную лаву, — заметил Иван, протягивая профессору тёмный пористый кусок. — По-моему, похожа…
— Откуда это? — быстро спросил Лён, поднося образец к стеклу шлема. — Откуда это у тебя?
— Только что выковырял из той трещины.
— Ковырни ещё и отбей образцы от скалы.
На конце искрового молотка вспыхнули звёздочки разрядов, поднялись тонкие струйки пыли.
Несколько минут Иван сосредоточенно копался в расщелине.
— Больше нет, — растерянно протянул он наконец. — Вокруг обычная арзахельская лава. Чёрный кусок был один. Какой-то обломок. Не понимаю, откуда он попал сюда.
— Осмотри скалы вокруг, — приказал профессор.
— Вблизи ничего похожего нет, — сообщил через некоторое время Иван. — Может, его забросило взрывом издалека?
— Я не удивлюсь, если окажется, что его забросило с Земли, — задумчиво сказал Лён. — Это похоже на… Впрочем, надо внимательно обыскать окрестности. Разойдёмся на полчаса. Ты осмотри обрывы к северу, а я ещё раз исследую края жерла. Странная, весьма странная находка…