О, марсиане!

– Пожалуйста, – сказал председательствующий с некоторым удивлением. – Вы от какой организации, товарищ, назовите себя.
– Я от Марса, – ответил Зуй, занимая место на трибуне.
Поднялся невообразимый шум; часть присутствующих повскакали с выкриками: «Хватит нас дурачить!», «Что же это делается?», «Дайте ему сказать!». С величайшим трудом успокоив собрание, председательствующий хотел было обратиться к Зую с повторным требованием назвать себя и говорить по существу, но того уже не было. Из-за поднявшейся кутерьмы никто не заметил, как Гена и Звонский выскочили из зала в надежде увидеть еще раз своего инопланетного приятеля.
Увы! Истаял, как снег, испарился, как роса, марсианин. То ли оскорбился тем, что заборьевский актив не поверил в его существование. То ли решил укрыться на время, чтобы предпринять потом еще одну, более удачную попытку контакта. А может быть, и вовсе пришел к выводу, что не настал момент для диалога Земли с Марсом, да и укатил себе на Красную планету.
Но его земные друзья не сомневались: он еще вернется.