Нет повести печальнее на свете...

Бен и Метью дружно засвистели.
– Вы правы, надо торопиться, я доскажу эту занимательную историю по дороге.
Бен и Метью дружно вздохнули.
– Вот адрес, Ром. И еще: постарайся быть ласковым с моей колымагой. – Он нежно погладил экомобиль по капоту. – Я заметил, что ты слишком резко переключаешь передачи, а она не выносит грубости. Если б вы только знали, как мне дорога эта старушка, в каких только передрягах мы с ней не бывали. Как-то раз…
Бен и Метью подхватили наставника под руки и поволокли к другой машине.
– Постойте, дьяволы, надо ведь попрощаться, кто знает, когда доведется увидеться. – Он обнял Рома, похлопал его по спине, а затем облапил Улу и со вкусом чмокнул ее в обе щеки.
Ром сел за руль, Ула прижалась к его плечу, мотор затарахтел, и они покатили, то и дело оглядываясь, чтобы еще и еще раз помахать друзьям, кричавшим вслед:
– До свиданья!
– Счастья вам и удачи!
Дорога петляла вдоль берега, море в этот предрассветный час было тягостного для глаз серого цвета, так же безжизненно и тоскливо смотрелись горы по другую сторону; опять заморосил мелкий нудный дождь.
Ула задремала. Ром ощущал тепло ее тела и думал, что отныне он за нее в ответе. Ему было хорошо и страшно – впервые они оказались совсем одни, и кто знает, что уготовила им судьба.