Красное море
Натан налил себе коньяку, опрокинул в рот и откинулся на спинку стула. Евгений переглянулся с Рубиным. Миша пожал плечами. Чувствовалось, что он и сам в недоумении от всего происходящего. Чёрный прокручивал в голове информацию, полученную от Натана. Чего-то не хватало в его размышлениях. Особенно если учесть, что полиция всеми правдами и неправдами хочет Гринберга засадить. Скорее всего, мотивы таковы: есть ряд юридических лиц, которые очень заинтересованы в том, чтобы идея корпорации «Рос-Исраэль» была скомпрометирована и не возродилась больше никогда. Кому Натан перешёл дорогу, когда попытался увести вклады новых израильтян, приехавших из России? Естественно, банкам, где эти вклады и находились. И если исход еврейских сбережений в Россию при содействии Натана удался бы, то потери банков-конкурентов исчислялись бы не одним десятком миллионов долларов. Ради того, чтобы этого не допустить, стоило расстараться. А так как финансовая система Израиля монополизирована, и рынок депозитов поделён между четырьмя крупнейшими банками страны, то им не составляет труда договориться между собой и выкинуть конкурента с рынка. Привлечь же к этому делу полицию и выставить Натан как обычного уголовника — вообще раз плюнуть. Кто ж захочет иметь дело с уголовником?
Чёрный высказал свои предположения Натану, но тот только отмахнулся.
— Я и без тебя это знаю, Женька. Сейчас надо думать о другом, что дальше делать?
— Сматываться тебе надо.
— И куда? В Америку? В Новую Зеландию? И всю жизнь скрываться? Так ведь все равно достанут. Ты не хуже меня это понимаешь. Нет, Чёрный, я должен разобраться с теми, кто меня подставил. И в первую очередь с Полуниным. И с Сашкой Рублём. Это он меня уговорил. Я уверен, что они заранее все решили.
— Ты не сможешь отсюда уехать. Наверняка тебя пасут. Через аэропорт не прорвёшься, на теплоходе не уплывёшь…
— Мы тут с Мишей обсуждали этот вопрос. Можно попробовать через египетскую границу. Проводят же сюда проституток… Деньги у меня есть, не проблема. Выправлю новые документы — и вперёд. — Натан улыбнулся.
— В таком случае, ты не сможешь вернуться обратно…
— А кто тебе сказал, что я собираюсь возвращаться? Я Израилем сыт по горло. В конце концов, на земном шаре много стран, где можно нормально жить. Главное, вернуть себе добропорядочное имя. К тому же, если ты помнишь, меня в Москве Катя ждёт.
— Понятно, — Евгений вздохнул. — Не хочется мне с тобой расставаться. Привык.
— Поехали с нами. Я, Миша и ты. Насколько я понимаю, тебя здесь тоже ничего не держит. К тому же полиция обещает тебя посадить…
— В общем-то, ты прав, но я пока не готов. Может быть, потом, позже…
— Как хочешь… Хотя… Если я исчезну, от тебя отстанут. Нет человека — нет проблемы. Ладно, Чёрный, иди. Нам с Мишей нужно кое-что обсудить. Я обещаю: мы встретимся. Через месяц, через год, через десять лет, но обязательно встретимся.
— Если будем живы, — вздохнул Евгений.
— Меня не так-то легко убить, — улыбнулся Натан.
Они обнялись. Рубин протянул руку, крепко пожал, пристально посмотрел Чёрному в глаза, но ничего не сказал. Сейчас слова были не нужны.
Евгений повернулся и, не оглядываясь, вышел за ворота.
На душе было пасмурно.
А через неделю он узнал из газет, что автомобиль Натана Гринберга взорвался вместе с водителем и пассажиром. В погибшем опознали бывшего главу корпорации «Рос-Исраэль».
Конец первой книги.