Правила охоты
Мид был не дурак. После сражения, которое длилось целый день, армия южан контролировала почти все высоты к югу от Геттисбурга, и он предусмотрительно отошел к югу, по направлению к Вашингтону. Там его ожидали заранее подготовленные позиции. Ли — за него играла Элла — мог продолжать свой захват Севера, оборонять который было все труднее и труднее. Или же он мог преследовать армию Мида на юге. Эта армия должна быть уничтожена в любом случае. Но если Ли погонится за Мидом, то это будет походить на какую-то наполеоновскую атаку, которая в реальности провалится. Как только он войдет в непосредственное соприкосновение с противником в районе Вашингтона, когда с запада от него будут горы, а на юге полноводный Потомак, то надо будет стоять до конца или погибнуть. По игре Лукаса Гражданская война могла бы закончиться на два года раньше...
— Не надо так много думать об этом, — проговорила Элла.
— Что? — Уставившись в потолок, Лукас покачивался на двух ножках стула.
— Нельзя все думать и думать о той трагедии, которая произошла у дома этой репортерши. Это бессмысленно. Ты его почти поймал. Ведь это ты заманил его. Тебе надо перестать сожалеть обо всем и начать жалеть себя, тогда ты сможешь придумать что-нибудь новенькое.
Лукас качнулся вперед, и стул встал на все четыре ножки. Он поднялся.
— Дело в том, что я не могу ничего придумать. Голова отупела. Возможно, он ушел от нас.
— Нет. Что-то еще должно произойти, — заверила его Элла. — Ты знаешь, есть поговорка: «Мы все знаем, что что-то должно произойти, даже если обстоятельства не ведут к этому». Так вот у меня сейчас такое же ощущение. Внутренний голос говорит мне, что все еще переменится.
— Весь вопрос как? — вмешался в разговор бакалейщик.
— Именно, — сказал Лукас, ткнув пальцем в его сторону. — Вот именно! А что, если он решит просто уехать отсюда? Он может снова взяться за свои дела еще где-нибудь, а мы даже не будем ничего знать об этом. А потом, нам просто не с чем продолжать. У нас нет ни одного ключа. Если он решит уехать, то запросто может это сделать.
— Он никуда не уедет, — уверенно проговорила Элла. — Все идет к заключительной фазе. Я это просто чувствую.
— Надеюсь, что так, — вздохнул Лукас. — Вряд ли я долго это выдержу.
— Мы молимся за тебя, — сказала Элла, и тогда Лукас заметил, что вторая монахиня тоже смотрит на него. В подтверждение этих слов она кивнула ему головой. — Каждую ночь. И Господь услышит нас. Ты должен его поймать.