Выбор

— 7 -
Спит Берлин. Под желтыми фонарями — островки света, а вокруг мгла: не пробивается свет сквозь туман и дождь. Уснул огромный прекрасный город. Утих. Светофор зеленым светом открывает путь всем желающим двигаться вперед.
Но желающих нет.
Прекрасен зеленый светофоров свет в густом тумане. Туман свету другой оттенок дает, словами невыразимый. Грустно, что никому той красоты видеть не дано. Один он, продрогший-вымокший, ею любуется. И совсем грустно оттого, что идти вымокшему надо, а идти некуда. Плохо ему оттого, что весь город огромный — для него вдруг чужим стал. Плохо ему оттого, что за мокрыми стенами — сухие, теплые комнаты, и там, в комнатах, под сухими простынями спят сухие люди, уткнув носы в пуховые перины.
Плохо человеку, у которого нет теплой, сухой комнаты и перины.
А еще вымокший знал: за этим скрипящим фонарем, за этой обклеенной мокрыми афишами тумбой, за этим углом облупленного дома его ждет беда.
Беда, с которой ему не совладать.
— 8 -
— Вам еще налить, товарищ Холованов?
— Нет. Спасибо, товарищ Сталин.
— Тогда к делу. Как идет подготовка испанской группы?
— Без срывов. Девочки усваивают программу вполне удовлетворительно.
— Выбор 13-го?
— Так точно, товарищ Сталин.
— Думаете, сможем выбрать достойную?
— Их шесть, а нам нужна только одна. У каждой свои сильные и слабые стороны, но одну из шести выбрать можно.
— А если группу увеличить?
— Учебная точка — на шесть кандидатов… В испанской группе — шесть…
— Пусть будет шесть… И одна запасная. А?
— Как прикажете, товарищ Сталин.
— Не приказываю. Смотрите сами. Мне достойный кандидат нужен…
— Запасную в группу ввести можно, но девочки в освоении программы далеко ушли. Сумеет ли новенькая догнать остальных?
— Эта сумеет. Вы же ее знаете.
— 9 -
Где-то далеко скрипит по рельсам загулявший трамвай. Вымокший втянул в себя воздух, задержал дыхание, выдохнул глубоко и решительно повернул за угол. Он всегда шел беде навстречу. Сам.
— 10 -
— И в заключение, товарищ Холованов… Вы мне обещали рассказать что-то интересное про Рудольфа Мессера, что-то такое, чего я пока еще не знаю.
— Агентура докладывает: за Мессером охотятся американцы.
Встал Сталин, подошел к окну и долго смотрел на капли с кристалликами.
— Какие американцы?
— Военная разведка.
— И не могут поймать?
— Не могут. Его никто не может поймать.
— Вы сказали: никто… Разве кроме американцев за ним еще кто-то охотится?
— Британская разведка. Кроме того, абвер, гестапо, криминальная полиция.
— 11 -
Вымокший свернул за угол, и луч карманного фонаря ударил в глаза.
— Стой! И второй луч сквозь частые капли:
— Кто такой? Документ! У своей правой ладони ощутил он сквозь холодные капли горячее дыхание пса и клыкастую липкую пасть. Пес не коснулся его ладони, и пса он не видел, но всем своим существом понял: рядом. Не глядя на зверя (да и все равно не разглядишь ничего в темноте, когда два фонаря в очи), он однозначно определил: ротвейлер, сука.
Подоспел и третий фонарик, маленький, но яркий, и тоже в очи уперся:
— Как на Мессера похож! Мес-сер! Это сам Мессер! Ру-у-уки на стену!
— 12 -
— Странные вещи творятся у нас, товарищ Холованов. Американская разведка охотится за Рудольфом Мессером, британская разведка охотится за Рудольфом Мессером. А почему сталинская разведка не охотится за Рудольфом Мессером?