Кодекс чести вампира
Что еще? Теперь, если мое участие в убийстве Хромова получит огласку, я стану изгоем не только среди людей, но и среди вампиров. К тому же — увы! — сокрушительный удар будет нанесен по Хартии. Самый яростный ее защитник нарушил ее — да как! Намеренно, обдуманно, хладнокровно… Последнее слово особенно подходит к этому случаю…
Впрочем, меня все происшедшее теперь не слишком волнует. Главное — Натали больше ничто не угрожает. Тот, кто распоряжается нашими жизнями, оказался к ней милостив: в ее крови не нашли вируса, так что Хромову не удалось утянуть мою девочку за собой в могилу.
А моя слишком долгая вампирская жизнь отныне стремительно движется в сторону финала. Я обречен. Вирус иммунодефицита не щадит и вампиров, это известно уже давно. Те, кто по той или иной причине пил зараженную кровь, умирали — и довольно быстро. Но я готов к этому. В одном из уединенных монастырей на отрогах Тибета меня ждет старый приятель, ушедший от тревог мира и каким-то чудом научившийся обходиться без питья человеческой крови. Быть может, там, на краю света, и я обрету долгожданный покой.
Время мое на исходе, и мне остается только попрощаться с Вами. Бумага стерпит все, поэтому я позволю себе дерзость — нежно поцелую Вас на прощание.
Преданный Вам, Жан Бехметов.
Вместо эпилога
НАШ ПОСТРЕЛ ВЕЗДЕ ПОСПЕЛ
Бабье лето пролетело быстро, словно золотой кленовый лист, упавший с ветки. Зарядили дожди, и стало понятно, что впереди только пасмурные дни. И долгие темные ночи, и холода, и стылая вода в черных лужах, и снег, снег, снег — долго-долго, до весны…
Но в квартире под стеклянной крышей тепло, потрескивает огонь в камине, я стучу по клавишам компьютера, пытаясь дописать очередной свой рассказ, а мысли мои бродят без порядка и цели, потому что Себастьян сидит напротив на диване и, вместо того чтобы, как все порядочные люди, то есть зашедшие «на огонек» Даниель и Надя, общаться друг с другом, поглядывая краем глаза на экран телевизора, работающего с отключенным звуком, гипнотизирует меня. И уверяю вас, ни одна особа женского пола, даже дряхлая, слепая или мертвая, не смогла бы отнестись к такому взгляду равнодушно.
В конце концов, я понимаю, что занятие мое бесполезно, и поднимаю глаза, и сижу неподвижно, с беспомощной и блаженной улыбкой. И только сердце в груди выстукивает шифрованную радиограмму, смысл которой известен только двоим.
И, конечно же, все это нарушает вопль заразы Нади, которой, как нарочно, вздумалось переключать телевизионные каналы:
— Ой! Смотрите, смотрите!
Разумеется, все взгляды немедленно обращаются на экран телевизора. А там идет дурацкое новое ток-шоу «Наизнанку», которое ведет не кто иной, как известный всем Алексей Алисов — единственный, кажется, человек на свете, которому убийство Хромова принесло пользу. Однако не вид Алисова так подействовал на Надю. Вот на экране снова крупным планом — зрители в студии. Один из них — блондин с фиалковыми глазами, сидящий в обнимку с грудастой девахой, — развязно подмигивает в камеру.
— Ну и что ты так разоралась? — недовольно спрашиваю я. — Что, первый раз в жизни Тигру увидела?
И пересаживаюсь со стула на диван к Себастьяну. Он обнимает меня, и я, закрывая глаза, кладу голову ему на плечо.
А с Тигрой я еще разберусь!