Красив, богат и не женат
— Я слышу шаги. Наверное, сейчас принесут десерт.
— Уверена, что не хочешь досмотреть со мной игру?
— Приди в себя!
Это было последнее подхваченное где-то выражение, которое она то и дело употребляла, когда родителей не было поблизости.
Хит чмокнул Тревора Грейнджера Чампьона в покрытую пушком головку и последовал за Пиппи наверх.
Повсюду в доме чувствовалась рука Аннабел. Это она наложила на обстановку особый, присущий ей одной отпечаток. Войдя в гостиную, он с удовольствием обвел взглядом массивную удобную мебель, пушистые ковры и живые цветы. Яркая абстрактная картина, купленная в галерее Сиэтла одним дождливым днем, висела над камином. После они отпраздновали покупку в постели, зачав, как оба верили, своего сына.
Под картиной, о чем-то тихо беседуя, стояли Порция и Фэб, вероятно, планируя захват и господство над миром. Молли, наклонившись, слушала Пиппи. Остальные собрались вокруг Розмари.
Заметив мужа, Аннабел отошла от компании и направилась к нему со знакомой, предназначенной только для него одного улыбкой. Он оглядел Пип, членов книжного клуба и свою прелестную рыжеволосую жену. Именно это он искал всю жизнь, Женщин, которые всегда будут рядом.
— Никаких шансов на то, чтобы убрать этот шабаш в ближайшие десять минут? — тихо осведомился он, когда она подо шла ближе.
Аннабел коснулась щеки сына, и малыш инстинктивно повернул головку.
— Сомневаюсь. Они еще не съели десерт.
— Накрой им на крыльце.
— Веди себя прилично.
— Это ты сейчас говоришь, но скоро запоешь по-другому. Она засмеялась, чмокнула его в уголок рта, поцеловала младенца. Фэб вскинула глаза и обменялась с Хитом взглядом абсолютного взаимопонимания. На следующей неделе предстояла битва из-за нового контракта Дина, но сейчас в гостиной царил мир.
Пока Пип помогала Аннабел подавать десерт, он отнес малыша наверх, в свой расширенный домашний офис, и сделал несколько звонков. С таким партнером, как Боди, груз работы стал значительно легче. Вместо того чтобы управлять самым большим в городе спортивным агентством, они сосредоточились на том, чтобы стать лучшими, и поэтому были крайне разборчивы в выборе клиентов. Мало того, новое отделение для женщин-спортсменок под руководством Порции росло не по дням, а по часам, хотя и она тоже установила довольно строгие критерии. Прошло уже года два с тех пор, как он видел лихорадочное, затравленное выражение ее лица. Поразительно, как счастливый брак и двадцать лишних фунтов веса способны изменить характер женщины!
«Идеальная пара» тоже процветала. Кейт подарила дочери дом на Уикер-Парк. Это был ее свадебный подарок. По совету Порции Аннабел наняла секретаря и помощницу, но вопреки совету Порции продолжала лично заботиться о разношерстной компании своих клиентов. И это ей очень нравилось.
Наконец книжный клуб стал расходиться. Трев уже успел проголодаться, и шум его разбудил. Как только горизонт очистился, Хит понес его вниз.
Аннабел стояла у оконного клина. Свет, струившийся в стекла, обливал ее расплавленным янтарем. Заслышав шаги, она обернулась, улыбаясь так, словно целый день ждала этого момента, что, возможно, так и было. Хит отдал ей сына и уселся, довольно наблюдая, как ест малыш. Они с Аннабел почти не разговаривали. Не было нужды. Наверху зазвонил факс. Через несколько секунд завибрировал сотовый. Хит сунул руку в карман и отключил его.
Когда Трев наелся, родители одели его, и все трое вышли на прогулку. Мужчина и его семья. Прекрасный солнечный день в Чикаго. «Сокс» на пути к финалу.
— Почему ты улыбаешься? — спросила жена тоже с улыбкой.
— Потому что ты — идеал.
— Вовсе нет, — засмеялась она. — Разве что для тебя. Идеальная пара.
И Питон с радостью согласился.