Крысы-могильщики

– Посмотрите, – сказал комиссар мне и офицеру, доста­вая из кармана свой блокнот. – Видимо, она неосторожно упала на нож. Здесь много крыс – вон как они сверкают своими глазками на нас из-за груды костей! – Он нагнулся и руками стал исследовать скелет. Я содрогнулся от этого зре­лища. – И еще заметьте, – продолжал комиссар. – Кости еще теплые! Так что крысы работают здесь на совесть! У них было не так уж много времени…
Поблизости мы не видели больше ни живого, ни мертвого, поэтому солдаты опять построились в цепь, и мы пошли по гигантской свалке дальше. Через некоторое время мы дошли до жилища, сделанного из старинного бельевого шкафа. Осмот­релись. Всего было шесть спальных полок, как я имел возмож­ность убедиться еще прошлым днем. Но теперь заняты были только пять. Старики-ветераны спали так крепко, что их не разбудил даже ослепительный свет фонарей. Старые, обрюзг­шие, мрачные. Серо-бронзовые лица да седые усы.
Офицер рявкнул во все горло команду, и через несколько секунд все ветераны стояли перед ним в линию по стойке «смирно».
– Что вы здесь делаете?
– Спим, – был ответ.
– Где остальные? – спросил комиссар.
– Ушли на работу.
– А вы?
– Мы охраняем.
– Peste! – захохотал офицер мрачно. Он оглядел всех стариков по очереди с ног до головы и потом медленно и без­жалостно заявил: – Дрыхнуть в охранении! И это Старая Гвардия?! Теперь понятно, почему нам надавали под Ватер­лоо!
При свете фонаря я рассмотрел, что после став офицера лица ветеранов покрылись мертвенной бледностью, а когда солдаты, сопровождавшие нас, весело загоготали шутке свое­го командира, по лицам стариков прошла судорога.
В ту минуту я подумал, что в какой-то мере отомщен за все переживания.
С минуту старики смотрели на нас так, словно едва сдер­живались, чтобы не наброситься на насмешников, но жизнь многому научила их и они не двинулись с места.
– Вас только пятеро, – сказал комиссар. – А где шестой?
Скрипуче посмеиваясь, ветераны ответили:
– А он там! – И показали на днище шкафа. – Он умер в прошлую ночь. Вы мало чего найдете. Крысы хоронят быстро!
Комиссар нагнулся и стал вглядываться, куда ему показы­вали. Затем он повернулся к офицеру и спокойно сказал:
– Ну что ж, мы можем возвращаться. Здесь почти ничего не осталось. Во всяком случае уже не установить, этот ли мужчина был ранен у моста вашими солдатами. Допускаю, что это они, – он кивнул в сторону стариков, – и убили его, чтобы скрыть следы. Глядите. – Он снова нагнулся и дотро­нулся рукой до скелета. – Крысы работают быстро, а кроме того их здесь много. Кости еще теплые.
Я невольно вздрогнул. И то же самое произошло со мно­гими солдатами.
– Стройся! – крикнул офицер, и спустя несколько минут мы двинулись в обратный путь: фонари у головных солдат, чтобы освещать дорогу, в середине процессии – ветераны в наручниках. Вскоре мы вышли за пределы свалки и взяли направление на Бисетр.
* * *
Мой годичный испытательный срок давно окончился, и Элис слала моей женой. Но когда я начинаю вспоминать те наполненные событиями двенадцать месяцев, память в пер­вую очередь подсказывает мне все, что связано с моим визи­том в Город Мусора.