Похищенный

Мариэлле было трудно продолжать этот разговор, но она заметила в глазах Беа нечто такое, что все-таки решилась спросить:
— Вы любите его? — В этом вопросе не было ревности. Мариэлла задала его без всякой задней мысли. Прежде чем ответить, Беа Риттер долго смотрела Мариэлле в глаза.
— Не уверена. Мне не хотелось бы влюбляться в него. Это не в интересах дела.
Но Мариэлла понимала, что только по одной-единственной причине Беатрис Риттер так заботилась об оправдании Чарльза Делони.
— А он знает, или он так же глуп, как раньше? — улыбнулась Мариэлла.
Он бывал глуп — если хотел. А сейчас его, конечно, занимали более важные проблемы. Но Беа засмеялась.
— Может, глуп, как раньше, а скорее слишком занят. — Этот человек сейчас боролся за жизнь.
Внезапно лицо Беа стало серьезным. — Вы хотите вернуться к нему?
Не раздумывая, Мариэлла помотала головой. Слишком много времени прошло, и слишком много горя и боли. Она любит его и никогда не перестанет любить. Но он уже ушел из ее жизни. Мариэлла сейчас думала, что эта маленькая рыжеволосая журналистка сможет со временем сделать его счастливым — если это время придет и его оправдают. Чарльз уже сейчас многим ей обязан, но, по ее словам, он об этом не подозревает.
— Беа, что вы сейчас собираетесь делать?
— Не знаю… Позвоню кое-кому… Старым друзьям… Я знаю нескольких частных детективов, свяжусь с ними. А если понадобятся деньги, возможно, придется поговорить с Томом Армуром. Можно надеяться, что он согласится оплатить некоторые неофициальные расходы. — Она была готова сделать что угодно: звонить, ездить, платить — действовать. — Может быть, ничего и не выйдет, но мы, по крайней мере, будем стараться. И может быть, что-нибудь выведет нас к Тедди.
— Сообщите мне сразу же, если узнаете что-нибудь, ладно?
— Обязательно.
Обе женщины поднялись. Мариэлла проводила свою гостью до дверей. Она понимала, что подружиться по-настоящему им не суждено. Но Беа нравилась ей. Она — неординарная женщина и необыкновенно умная. С ней Чарльзу было бы хорошо.
Беа Риттер исчезла. Когда Мариэлла поднялась к себе, был уже первый час ночи. Погасив свет, она легла и стала думать о Малкольме, о квартире на Парк-авеню. И о своем мальчике, который спит сейчас где-то в кроватке рядом с незнакомыми людьми. Мариэлла молилась, чтобы так оно и было.