Тень власти
– Какой же ты все-таки зануда! – Света шутя толкнула Конева кулачком в плечо.
– Прошу уточнить – а какой? – Володька сделал вид, что ему очень больно.
– Любимый, – девушка бережно погладила место «удара» ладошкой.
– То-то! – усмехнулся парень и, повернувшись к Мишке, добавил: – Видишь, как я с ней строго? Чуть что не по-моему...
– Володька! – перебила его девушка. – Сейчас получишь еще и по шее.
– ...сразу получаю по шее, – закончил он свою фразу. – Ну что, начнем? Как будем играть? Мальчики против девочек или парами?
Выбрали второй вариант.
Марина действительно первый раз держала в руках шары: не пройдя и половины пути, они сворачивали на обочину дорожки, после чего пирамида из кеглей «испускала вздох облегчения».
– Я же говорила, – расстроилась девушка.
– Все нормально, – успокаивал ее Сомов после проигранной партии. – Во-первых, это не самое страшное, что может случиться в жизни, а во-вторых, всему можно научиться. Давай попробуем вместе.
Они попробовали. В результате шарик едва не приземлился Мишке на ногу. Точнее, по всем законам физики он был просто обязан попасть на пальцы учителя, но в самый последний момент все же передумал, грохнувшись на пол в паре сантиметров от кроссовок.
– Больно? – побледнев, спросила ученица.
– Если бы мне было больно, об этом бы сразу узнали все присутствующие. Даже в соседнем бильярдном зале.
– Я больше не буду, – совсем поникла Марина.
– Чего?
– Давай я буду только смотреть.
– Еще чего! А учиться?
Сомов был несколько озадачен тем, что шарик не попал туда, куда должен был. Не то чтобы его это слишком огорчило, просто Михаил привык, что закон всемирного тяготения обычно работает и по субботам, и по воскресеньям. Тут же налицо имелось явное нарушение, и парню хотелось узнать его причину. Не мог же девятикилограммовый груз изменить свою траекторию только потому, что этого очень захотелось потенциальному пострадавшему. Или мог?
«Что ж, это несложно проверить», – подумал Михаил.
Правда, проводить эксперимент он решил менее рискованным способом.
– Марин, вся проблема в том, что ты не просила шарик катиться по центру дорожки.
– А вот и нет! Очень даже просила.
– Вслух? – хитро прищурился «тренер».
– Чтобы меня тут за дурочку приняли?
– А ты шепотом.
– Да ну тебя! – забавно надула губки заклинательница шаров.
– Ладно. Не хочешь – я сам попрошу. – Мишка выбрал шарик полегче, поднял его к лицу и прошептал в дырочки: – Прошу тебя двигаться ровно посередине. Держи, он теперь заговоренный.
Марина подошла к дорожке и бросила шар так же «прямо», как и все предыдущие. Однако, послушный заговору, он пошел по весьма своеобразной траектории: докатившись до левого края дорожки, шар начал резко сворачивать и едва не скатился на правую обочину, но выписал еще один зигзаг и угодил прямо в центр построения кеглей, сбив девять из десяти.
– Вот это бросок! – воскликнул выступавший следом Конев. – Ты меня когда-нибудь научишь?
– Но-но! – быстро вмешался Сомов. – Мы свои спортивные секреты противнику не выдаем.
«Неужели ЭТО сделал я?! Но как? Может, Шагрид был прав, когда говорил о необычных свойствах тени огня? Если не ошибаюсь, это называется телекинезом».
Михаил посмотрел на соседнюю дорожку и заставил упасть крайнюю кеглю за секунду до того, как в их стройное построение врезался шар.
«Точно! Телекинез».
В следующей партии успехи Марины стали регулярными, и девушка почувствовала уверенность в своих силах. Под конец игры Сомов уже не участвовал в управлении ее шариками, поскольку они послушно следовали указанным курсом благодаря ее собственным уговорам. В результате за два часа игры счет по партиям выровнялся, и весьма довольные собой участники дружно отправились выполнять заключительный пункт программы – благо аппетит к этому времени у них разгулялся нешуточный.
Мягкий свет, легкая музыка, аромат блюд и непринужденная беседа создавали обстановку уютного спокойствия и внутренней расслабленности. Михаилу показалось, что они находятся в отгороженном от мира райском оазисе.
– Хорошо у вас здесь, – словно в подтверждение его мыслей, отозвалась Марина. – Тихо и уютно.
– Тебе понравилось?
– Очень. Но мне не терпится показать тот сюрприз, что остался у тебя дома.
– Сейчас подадут десерт. Покончим с ним – и можно будет отправляться. Правда, если ты не хочешь мороженого...
– Хочу, – быстро остановила его крамольные мысли сладкоежка.
– Ладно, пойду потороплю официантов. – Сомов поднялся и отошел к стойке бара. Когда он вернулся обратно, на его месте уже сидел крикливо одетый мужчина, а двое других возле столика крепко держали под руки Конева.
– А ты думал, мы тебя не найдем? – вместо приветствия спросил незнакомец.
– Если это твои парни держат моего друга, скажи им, чтобы быстро отпустили. – Мишка вспомнил это лицо. Оно принадлежало тому самому бандиту, который пытался вразумить Гогу в Москве. – Конечно, я могу сделать это и сам, но будет больно.
– Ой, какие мы грозные! И как все сразу испугались! Теперь заткнись и мотай себе на ус. Если через день ты не приведешь по указанному мной адресу Гогу, эти девчонки и твой дружок...
Михаил не стал ждать окончания фразы.
– Я тебя предупреждал. Ты не внял голосу разума. – Он подошел всего на шаг к бандитам, и они оба с секундным интервалом отлетели от Конева в разные стороны.
Сомов сделал для себя еще одно открытие: его телекинез не мог воздействовать сразу на два объекта, а Вовка ошарашенным взглядом проводил стремительный полет, особо отметив пятиметровое расстояние до стенок, по которым сейчас сползали его «наручники», и их скорость.
Ни один из упавших даже не порывался подняться после столкновения. Такого фокуса он еще не видел.
– А что ты на это скажешь? – Ехидный голос заставил «фокусника» обернуться. Бандит, который из-за Мишкиной широкой спины не увидел всех деталей необычного трюка, держал пистолет Макарова, направив его на Марину.
«Да как ты вообще посмел! – Внутри Мишки все вскипело. – Я из тебя сейчас котлету сделаю!» Парень сосредоточил свое внимание на крохотном флажке предохранителя. Небольшое усилие воли – и тот поднялся вверх.