Скорость убегания

— Он знает, что я сейчас скажу, — сурово произнес секретарь. — Опасность на пороге. У него множество помощников, здесь, на Терре. Кого эти злобные убийцы поразят в следующий раз, мы не знаем, но никто не может быть в безопасности, никто! — его голос набрал силу, стал зычнее, звенел убеждением. — Их надо остановить во что бы то ни стало, ибо вы, мои дорогие сограждане, совершенно беззащитны. Это ведь мне положена охрана.
Телепатов необходимо остановить, но наша полиция оказалась неспособной их арестовать из-за ограничений, накладываемых нашей конституцией.
Единственный способ покончить с грозной опасностью — дать мне чрезвычайные полномочия, чтобы я мог пересажать закостенелых преступников везде, где только можно. Сегодня я обращусь к Ассамблее с этим запросом, но без вашей поддержки мне трудно уговорить депутатов. Свяжитесь с вашими официальными представителями немедленно, велите им голосовать за мое предложение, и я смогу защитить вас. Изгоним бешеных ренегатов, подобных этому, за самые дальние пределы нашей великой цивилизации!
Секретарь, это воплощение доброго, но озабоченного отца нации, застыл, ошалело пялясь в объектив, и стоял так, пока не погас красный огонек. И тогда он повернулся с радушной улыбкой к Дару.
— Благодарю, юноша. Крик выглядел бесподобно!
— Так это вы? — вырвалось у Дара. — Вы сами спланировали переворот?!
— Ничего подобного. Но я собираюсь взять власть в свои руки. Если диктатура неизбежна, то первым диктатором стану я.
— Вас нисколько не волнует спасение демократии?
— К чему удивляться? — ухмылка секретаря была насквозь пропитана презрением. — Бедный, наивный дурачок! Ты действительно считаешь, будто политиков могут будоражить иные соображения, кроме личной карьеры?
Дар оторопело разглядывал прожженного карьериста, потом в нем лопнула пружина и он рванулся к секретарю, но грубые руки не выпустили свою добычу и приторно-сладкая струя ударила в лицо.