Маг-крестоносец

— Да, — кивнул Марудин. — Любая. Но только на воске, которым залита пробка, должна быть нанесена печать Соломона.
— Печать Соломона? — удивился Мэт. — Чтобы такой печатью мог владеть человек, поклоняющийся злому демону? Что-то не верится.
Все пятеро чародеев переглянулись и с минуту молчали. Наконец пресвитер Иоанн неуверенно проговорил:
— Но может быть, Арьясп не ограничивается колдовством с помощью Аримана?
— Верно подмечено, — кивнул Мэт. — Наверняка он неразборчив и готов пользоваться любыми разновидностями колдовства — лишь бы оно действовало. Ведь если на то пошло, на самом деле он вовсе не предан Ариману. Он лжив и подл и думает только о себе.
Пресвитер Иоанн пожал плечами:
— А я так думаю: всякое колдовство может быть поставлено на службу Ариману. В конце концов, все зависит только от того, какими знаками пользуется Арьясп, и от его намерений.
— Стало быть, печать может быть всего-навсего подделкой, — заключила Балкис. — И поскольку джинны — совсем малютки, этой поддельной печати достаточно для того, чтобы держать их в бутылках.
— А что, разумно, — кивнул Мэт и посмотрел на Марудина. — И какого же размера бутылки нужны для того, чтобы держать в плену джинна? Фута четыре высотой?
— И четырехдюймовой бутылки хватит, — усмехнулся джинн. — На самом деле размер не имеет никакого значения. Джинн, помещенный в сосуд, уменьшается при помощи соответствующего заклинания. Не сомневаюсь: Арьясп так уменьшил всех четверых детей, что их темница кажется им настоящим дворцом!
— Что ж, — пожал плечами Мэт, — должен заметить, что существовали дети, которых выращивали в гораздо более стесненных условиях — в пробирках, например. Ну да ладно. А как еще можно удержать джинна, если не с помощью лампы, бутылки или какого-либо еще сосуда?
— С помощью перстня, — ответил принц Марудин.
Взгляд Лакшми устремился к перстню на пальце Балкис. Мэт покачал головой:
— Не может быть. Иначе камень постоянно пылал бы, как горящий уголек. Кроме того, когда мы завладели этим перстнем, мы находились очень далеко от Арьяспа. К тому же он наверняка не отдал бы перстень другому колдуну. Проклятие! — Мэт в сердцах стукнул кулаком по ладони другой руки. — Теперь мы знаем, где дети, — до них день пути верхом на коне. Но если Арьясп заметит наше приближение, он запросто сможет так упрятать бутылку, что мы ее никогда не найдем!
— Ты хочешь сказать, что мы не сможем выкрасть наших детей? — метая глазами молнии, вопросила Лакшми.
— Именно это я и хочу сказать, — неохотно отозвался Мэт. — Не сможем.
— А я смогу, — прозвучал в наступившей тишине голос Балкис.