Лик бесчестья
– Мне это не нравится, но слепота еще хуже.
– Думаю, ты смиришься со всем, лишь бы не терять Джо. Пусть все остальные идут своей дорогой, но Джо должен оставаться при тебе. Ты когда-нибудь задавала себе вопрос, почему?
– Он мой друг.
Бонни засмеялась.
– Ну и упрямица! Что ж, думаю, твой «друг» скоро пожалует сюда.
Ева попыталась скрыть волнение.
– Откуда ты знаешь? Сорока на хвосте принесла? Или попугай? Может, ты расслышала это пророчество среди раскатов грома во время вчерашней грозы?
– Джо похож на грозу: так же мечет молнии. То рассвирепеет, то успокоится. С ним не соскучишься! Разве ты не будешь рада его появлению?
Рада? Господи, снова увидеться с Джо…
– Ты требуешь от меня радости по поводу события, которого может и не случиться. Наверное, я просто теряюсь в догадках, почему Джо так долго молчит.
– Верно. – Бонни сосредоточенно разглядывала свой замок. – Жаль, что у меня нет флага. Помнишь флажок, которым ты увенчала мою крепость в Пенсаколе? Ты не пожалела красное пляжное полотенце и оторвала от него кусок.
– Помню.
– Ничего, сойдет и так.
– Чудесный замок, – произнесла Ева срывающимся голосом.
– Только без слез! – предупредила Бонни.
– Я не собираюсь плакать. Твой замок не мешало бы украсить еще одной башенкой. А где подъемный мост ? Бонни запрокинула голову и расхохоталась.
– Мост из песка? В следующий раз у меня получится лучше. Честное слово, мамочка!
– Ты собираешься остаться здесь?
– Столько же, сколько ты. Только ты уже заскучала.
– Ничего подобного! Я всем довольна.
– Пусть будет так. – Бонни вскочила. – Давай я провожу тебя до дому. Логан приготовил тебе на этот вечер сюрприз. – Глаза Бонни сияли. – Ты будешь в восторге.
– Я сплю под пальмой. Как я смогу с тобой прогуляться?
– Во сне все возможно. Ты найдешь этому рациональное объяснение: сомнамбулизм или еще какая-нибудь глупость. Вставай, мама!
Ева поднялась, стряхнула с шортов песок и поплелась по пляжу.
– Ты – дитя из моих снов. Я никогда этого не забываю.
– Неужели? Завтра утром ты придешь на пляж и не найдешь моего замка: его смоет волнами. – Бонни улыбнулась. – Появиться здесь вечером, до того, как это произойдет, ты не осмелишься.
– Посмотрим.
Девочка покачала головой.
– Нет, ты еще не готова, но уже внушаешь мне надежду.
– Хочешь меня напугать?
– Взгляни на этих чаек. – Бонни посмотрела вверх. Ее лицо озарила заразительная улыбка, рыжие волосы вспыхнули на солнце. – Ты замечала, что они машут крыльями как бы в такт музыке? Как ты думаешь, что за мелодию они слышат?
– Не знаю… Может быть, Рахманинова?
– Разве не прекрасно, мама?
– Да, прекрасно.
Бонни нашла ракушку и швырнула ее далеко в воду.
– Ладно, задавай свой вопрос! Пора с этим покончить.
– Не знаю, о чем ты…
– Мама!
– Так нельзя. Я должна тебя вернуть.
– Ты знаешь, что я отвечу. Настанет день, когда ты перестанешь спрашивать, и я пойму, что ты исцелилась. – Она швырнула в море новую ракушку и улыбнулась Еве улыбкой, полной любви. – Но сейчас этого не избежать. Спрашивай же, мама!
Вопрос, обращенный к призраку, к сну. Мольба о любви.
Где ты, Бонни?