Трахинянки

Деянира
200 О Зевс, властитель Эты заповедной!
Ты поздний мне, но светлый дар прислал.
Запойте песню вы, что в доме нашем,
Вы, у дверей! Нежданным солнцем ясным
Взошла та весть, что жизнь мне принесла.
 
Гипорхема
Хор
В свадебном веселье [9]
Возликуй, чертог!
Дружной песней славьте,
Юноши, владыку:
210 Аполлон вам внемлет,
Сребролукий бог.
Пойте, девы, звонко:
«О пеан, пеан»!
Ту, что в мраке ночи
Светочи возносит,
Чья стрела пугливых
Ланей поражает —
Ваша да прославит
Артемиду песня,
С ней соседних нимф!
Помчусь и восторженной пляской
Отвечу на флейты призыв.
Ты видишь, меня возбуждает
Твой плющ, эвоэ! всемогущий
Владыка ума моего:
220 В вакхической радости гонит
Прислужниц своих Дионис.
На орхестре появляется Лихас, сопровождающий пленниц.
Хор
Ио, ио пеан!
(Деянире)
Смотри, смотри, подруга!
Лицом к лицу блаженство
Ты видишь наконец.
Деянира
Да, милые; от глаз моих не скрылся
Вид этот — долго я ждала его!
(К Лихасу)
Тебе, глашатай, первый мой привет!
Давно желанный, если только радость
Ты мне несешь. [10]
Лихас
Да, госпожа моя,
230 Сколь радостен привет твой, столь отраден
И наш приход. За добрые дела
Достойно добрыми встречать словами.
Деянира
О дорогой, на первый мой вопрос
Ответ дай первый: жив ли мой Геракл?
Лихас
Конечно. Я живым его оставил,
Цветущим, сильным, без следа болезни.
Деянира
В стране родной, иль варварской? Скажи!
Лихас
В Евбее. В честь кенейского он Зевса [11]
Там жертвенник и рощу освящает.
Деянира
Обета долг? Иль приказанье бога?
Лихас
(показывая на пленниц)
240 Он дал обет, когда с оружьем бранным
Их город он поработить сбирался.
Деянира
А кто они, скажи мне, и откуда?
Мне жаль их — если жалость тут уместна.
Лихас
Их муж твой, взяв Еврита град, богам
Наградой выбрал и себе добычей.
Деянира
Еврита град? Так под его стенами
Весь долгий срок разлуки он провел?
Лихас
Не весь. Он долго у лидийцев медлил,
(Так говорит он сам) — не доброй волей,
250 А купленный. Негодовать не должно
На то, что Зевс определил, жена.
Он, проданный лидиянке Омфале,
Исполнил год (так говорит он сам),
И так был уязвлен обидой этой,
Что клятву дал виновника ее
Поработить с женою и детьми.
И слово мужа не пропало даром.
Очистившись, дружину он набрал
Из люда пришлого — и грянул бой
260 У стен Еврита: всех своих страданий
Его считал виной он одного.
К нему однажды, как кунак старинный, [12]
Он гостем в дом вошел. И что ж? Хозяин
Глумился словом и недоброй мыслью,
Что гость, владыка всеразящих стрел,
Уступит меткостью его сынам,
Что он, как раб последний, господину
Готов во всем покорно угождать.
И на пиру его, в хмельной отваге
Прогнать с позором со двора велел.
Вскипел ретивый муж. И вот, в отместку,
Когда Ифит, ища табун заблудший,
270 Его тиринфский замок навестил
И, вниз смотря, но о другом мечтая,
Стоял на вышке — тот его внезапно
Низвергнул в бездну со стены крутой.
Разгневался на то богов владыка.
Отец наш общий, олимпиец Зевс:
Он сына в рабство отдал — в наказанье,
Что он врага — один лишь в жизни раз —
Убил коварством. А убей открыто —
Зевс снизошел бы к справедливой мести:
280 И небожителям противна спесь.
Теперь их всех язык неукротимый
В Аида свел туманную обитель;
Их город взят. А те, что пред тобой,
Простившись с счастьем, в незавидной доле
К тебе пришли. Так приказал твой муж, —
Его приказ я честно исполняю.
А сам он вскоре, дань священной жертвы
Отцу принесши Зевсу за удачу,
Сюда придет. Таков конец отрадный
290 Хорошей речи, госпожа, моей.
Корифей
Царица, ныне счастлива ты явно:
И взор и слух победою полны.