Любовь на все времена
Конну понравилась обстановка дома. Тяжеловесная мебель была сделана из дуба, приятно потемневшего от времени. Потолок большого зала отделан резными дубовыми панелями-, контрастировавшими с белыми, оштукатуренными стенами, на которых висели три мастерски выполненных гобелена. Комнаты хорошо освещались настенными железными светильниками и высокими треножниками с остриями, на которые насаживались свечи.
Эйден повела мужа наверх. На втором этаже дома располагались пять спальных комнат. Хозяйская спальня занимала всю ширину здания с южной стороны, остальные четыре комнаты шли вдоль западной стены. Входить в них нужно было из светлого коридора. Хозяйская спальня была просторной, другие тоже достаточно большие, и в каждой комнате был свой камин, что являлось величайшей роскошью. На чердаке находились комнаты для слуг.
Конн остановился в центре их спальни, широкие деревянные доски пола которой были застланы толстым турецким ковром. В камине горел веселый огонь, в воздухе носился сладкий аромат сухих лепестков.
— Это прекрасный дом, Эйден, — тихо сказал он. — Это не просто жилище, это семейный очаг. Мы можем быть здесь очень счастливы, женушка.
— Это всегда был счастливый дом, Конн, — ответила она. — Это небольшой, но хороший дом для семьи.
— Для семьи? — нежно передразнил он. — А как, мадам, ты намерена устроить ее? Эйден вспыхнула.
— Мы женаты всего пять дней, сэр, — возразила она. — Ты обещал мне, что будешь терпелив.
— Я и буду таким, Эйден, но, пока мы не заживем вместе как муж и жена, детей не будет. Мы женаты, и изменить этого нельзя. Чем дольше ты будешь колебаться, тем труднее тебе будет отдаться мне. — Он обнял ее. — Послушай, душечка, мы нравимся друг другу, а это хорошее начало, лучше, чем у многих.
От оттолкнула его.
— Неужели каждая знакомая тебе женщина должна немедленно оказываться в твоей постели? Я неопытна в отношениях между мужчиной и женщиной, но я не буду вести себя как все эти высокородные шлюхи, которые согревали тебе спину прошедшие два года!
Конн захохотал.
— Так вот что тревожит тебя, Эйден, моя пылкая женушка? Не думаешь ли ты, что я могу сравнить тебя со всеми этими изящными дамами, которые оказались так добры к молодому ирландцу, оторванному от своего дома? Милая, ты моя жена! Между женой и любовницей есть разница.
— Какая разница? — подозрительно спросила она. Он заставлял ее чувствовать себя глупой, и это ей не нравилось.
— Жена отличается от других женщин.
— Неужели? — Она скрестила руки на груди, притопывая одной ногой и не отводя от него сердитого взгляда.
Неожиданно Конн почувствовал себя неловко. Взгляд Эйден сверлил его, и он сказал, запинаясь на каждом слове:
— Жену… ж… же… жену нужно уважать! Нежно любить! — торжественно закончил он.
— А любовницу не нужно? Бедная женщина доверяет тебе свое доброе имя, и за это ее презирают? Это несправедливо!
— Эйден, черт возьми! Я не это имел в виду!
— Тогда что же именно? Я очень хочу понять, Конн! Когда ты во всем разберешься, надеюсь, ты мне расскажешь! — Потом, махнув юбками, она вышла из комнаты, оставив его стоять с раскрытым ртом.
Как, черт побери, она добилась этого? Только что он старался установить с ней нормальные супружеские отношения, а минуту спустя она совершенно сбила его с толку, потребовав объяснить, чем она отличается от других женщин. Неожиданно Конн засмеялся. Он понял, какую шутку с ним сыграли. Она чертовски умная девушка! Ему предстоит потрудиться, чтобы перехитрить ее. Спустившись следом за ней в большой зал, он увидел, что она дает распоряжения Билу в отношении ужина.
Потом неожиданно в дверь громко постучали. Бил поспешил открыть. Эйден пошла за ним, заинтересовавшись, кто бы это мог быть в такую бурю, на ночь глядя. Бил открыл тяжелую дубовую дверь, и с порывом ветра и хлопьями снега вошли два закутанных в плащи человека. Один из них был высоким мужчиной, выше, чем Конн, с красиво подстриженной черной бородой и ярко-голубыми глазами. Его спутник откинул отороченный мехом капюшон плаща, и Эйден оказалась лицом к лицу с красивой женщиной. Ее совершенное лицо имело форму сердца, глаза были замечательного сине-зеленого цвета, а на голове грива черных локонов. Она сразу поняла, что перед ней сестра Конна, и ее сердце упало. Разве можно сравнивать ее с такой женщиной?
— Скай! — Конн рванулся вперед и обнял свою старшую сестру. — Как, черт возьми… Я хотел сказать, что заставило вас выйти из дома в такую ночь?
— Что заставило меня выйти из дома? — Голос ее был мелодичен. — Неожиданно появляется Робин и говорит мне, что тебе запретили показываться при дворе и что ты в Перрок-Ройял, менее чем в миле от меня, а потом оглушительно хохочет и говорит, что у тебя есть сюрприз для меня. Что ты наделал, маленький бесстыдник?
— Я думала, ты сумеешь веревки вить из этой суки Тюдор. Почему тебя прогнали? На какое время? Почему ты здесь?
Пока она выпаливала свои бесконечные вопросы, ее спутник повернулся к Эйден.
— Я Адам де Мариско, — сказал он тихо.
— Я Эйден Сен-Мишель, — ответила она.
— Молодая наследница? Конечно! Мы приезжали к вам с визитом после смерти вашего отца, но слуги сказали, что вы уехали ко двору.
— Отец хотел, чтобы королева подыскала мне мужа, милорд.
— Мужа? — В глазах Адама мелькнул огонек, и, посмотрев на Конна, он снова перевел вопросительный взгляд на Эйден.
— Да, милорд, — подтвердила она. Увидев ее проказливую улыбку, он понял, что она очень мила, и засмеялся. Привлеченная их разговором, Скай повернулась к мужу.
— Что тебя так веселит, Адам? — спросила она.
— Ну, Конн, ты сам скажешь ей или это сделать мне? — хохотал Адам.
— Я женился, Скай. — Конн взял Эйден за руку и потянул к себе. — Это моя жена, Эйден Сен-Мишель. Эйден, это моя сестра, леди де Мариско.
— Бесс выгнала тебя за то, что ты женился! Это так похоже на эту высушенную старую деву.
— Нет, нет! — Конн начал смеяться. Его сестра и королева всегда ссорились. — Моя дорогая сестрица, я лягался и возмущался, когда меня тащили к алтарю.
— Что? — Скай удивилась, а потом прищурилась и с силой ударила своего брата по руке. — Ты соблазнил бедную девушку? — в бешенстве спросила она.
— Нет, мадам. — Эйден начала понимать нелепость ситуации. Только она может объяснить, в чем дело, потому что и Конн, и Адам корчились от смеха.
— Нет? — спросила Скай. — Тогда почему вы поженились, если он не соблазнил вас и не увез вас тайком?
— Конн, я боюсь, мужчина довольно пылкий, — начала Эйден очень сдержанно. — Если бы он мог научиться любить только одну даму, но, увы, он не мог совладать с собой… Его застали в довольно щекотливом положении с женой посла, а потом, когда весь двор хохотал над этим, стало известно, что ваш брат, мой муж, замечен в любовных приключениях не только с леди Глитой Холден, но и с двумя ее дочерьми-близнецами, Грейс и Фейт! У королевы не оставалось выбора. Не только посол требовал наказать Конна, но и лорд Холден. Ей пришлось отозвать Конна от двора с позором.
— С богатой женой? — сказала Скай. — Вы еще должны рассказать мне, как все это получилось.
— Проходите в зал, — любезно сказала Эйден. — Я плохая хозяйка, если заставляю вас обоих стоять в коридоре. Бил, принеси вина с пряностями. Лорд и леди де Мариско наверняка продрогли до костей.
— Конн, чертяка, — сказал Адам де Мариско, — ты счастливчик. Она красивая девушка!
Его комплимент был приятен Эйден и придал ей мужества, в котором она нуждалась, чтобы продолжить разговор с этой красивой и властной женщиной, которая была ее золовкой. Усадив гостей перед пылающим камином, она продолжала:
— Женитьбу Конна придумал лорд Берли. Он считал, что хорошая жена успокоит Конна и, вернувшись вновь ко двору, он не будет причиной новых скандалов. Я находилась под опекой королевы, и поскольку мои земли находятся рядом с вашими, то и королева, и лорд Берли согласились, что брак между вашим братом и мной будет самым правильным решением.